Джон Дэвидсон Рокфеллер (John Davison Rockefeller)

Содержание

1 Биография Джона Девидсона Джона Дэвидсона Рокфеллера.

- Семья

- Карьера

2 корпорация Стандарт Ойл (Standard Earth blood corporation)

- The South Improvement Company

- Пиар и антитрастовая политика

3.Благотворительная деятельность

4.Неизвестный Джон Рокфеллер

Рокфеллер - американский предприниматель, филантроп, первый «долларовый» миллиардерв истории человечества.

Джон Девидсон Джон Дэвидсон Рокфеллер - американский миллиардер, влиятельнейший акционер крупных американских банков Нэйшенель Сити банк, Эквитебль Трест Компани и др. и владелец целого ряда крупнейших промышленных предприятий. Основным предприятием Джона Рокфеллера являлся мировой нефтяной трест Стандарт Ойл, формально, ввиду закона о трестах, состоящий из 33 обществ. Стандарт Ойл владел 90 % американского нефтяного производства и вел ожесточенную борьбу за мировое владычество с англо-голландской нефтяной компанией Роял Детч Шелл. Джон Дэвидсон Рокфеллер играл также крупную роль в многочисленных медных предприятиях, в сахарорафинадном тресте, владел крупнейшими электротехническими предприятиями в мире, участвовал в мясном тресте и т. д.

Джон Д. Джон Рокфеллер - сформировал наиболее обширную из когда-либо существовавших империю благотворительных организаций, включающую Чикагский университет, Колледж Спелмана, Университет Джона Рокфеллера, Музей Современного Искусства, монастыри и Фонд Джона Дэвидсона Рокфеллера. История Джона Дэвидсона Рокфеллера удивляет совмещением в одном человеке одного из наиболее жестоких и безжалостных бизнесменов всех времен и одного из наиболее прогрессивных из когда-либо существующих филантропов мира.

Биография Джона Девидсона Джона Рокфеллера.

Семья

Средневековые французские городки, где крыши сложены из сланца, а серые каменные стены увиты плющом, белые замки, звон колокола, дымок костра - запах горящих дров смешивается со смрадом паленого человеческого мяса. Предки Джона Рокфеллера жили во Франции и были гугенотами. В XVII веке семья Рокфайль бежала в германию от инквизиции, погромов и охотившихся за еретиками королевских драгун - там эмигранты переделали свою фамилию на немецкий манер. Они выбрали суровую и безжалостную веру: их бог требовал строгой внутренней дисциплины, тяжелого труда, бережливости, отречения от радостей плоти. Зато протестанты ощущали себя избранным народом - их ждало царство небесное, а все остальные были прокляты, их ничто не могло спасти, и с ними не стоило церемониться. Труд, займ, верность по отношению к своим и холодное безразличие к чужим - все это Рокфеллер впитал с молоком матери. Триумф дома Рокфеллеров (банки, железные дороги, недвижимость и легендарная компания "Стандарт ойл" стал победой поколений Рокфеллеров и Рокфайлей, мельников, фермеров и мелких торговцев, много и тяжко работавших, копивших, отказывая себе во всем, и терпеливо ждавших своего часа.

Американская провинция начала прошлого века: наспех слепленные, на скорую руку сколоченные городки - домики из сосновых досок, лесопилки, мельницы, церквушки. Рокфеллеры перебрались в Новый Свет в XVIII веке и понемногу продвигаются на Север, к Мичигану. Вещи свалены в запряженную волами скрипучую повозку, дед Джона Дэвидсона Рокфеллера держит вожжи, его жена и дети бредут следом, глотая дорожную пыль. Они остановились в городе Ричфорде, штат Нью-Йорк: там в 1839 году появится на свет Джон Дэвидсон Рокфеллер.

Жесткий, рациональный, не прощающий грешников и слабаков бог гугенотов отдохнул на его деде и отце. Годфри Джон Рокфеллер, милый и сердечный человек, не сумел пробиться в жизни. К тому же он (тут волевая бабушка Люси презрительно поджимала губы) был не дурак выпить. А Уильям Эйвери Джон Рокфеллер, папа будущего мультимиллиардера, собрал в себе все мыслимые пороки - распутник, конокрад, шарлатан, обманщик, двоеженец, лгун... (Зато он не брал в рот ни капли спиртного и даже учредил первое в городке общество трезвости.)

Уильям появился в городе отдельно от семьи - красавец-мужчина со светло-каштановой бородой, в новом, с иголочки, сюртуке и (невиданное дело в Ричфорде!) тщательно отглаженных брюках. На груди у него красовалась табличка "Я - глухонемой". Благодаря ей Уильям, прозванный Большим Биллом, вскоре знал всю подноготную каждого горожанина.

Пышная борода и стрелки на брюках пронзили сердце деревенской девушки Элайзы Дэвисон. Она воскликнула: "Я бы вышла за этого человека замуж, не будь он глухонемым!" - и скромно стоявший невдалеке "калека" понял, что тут можно провернуть неплохое дельце. Уши Билла работали не хуже еще не изобретенных радаров, о том, что отец дает за Элайзой пятьсот долларов приданого, он прослышал двумя днями раньше, - вскоре они обвенчались, а через два года на свет Божий появился Джон Дэвидсон Рокфеллер.

Кроме тяги к трезвости Бог наградил Уильяма необыкновенным обаянием: Элайза не рассталась с ним, даже поняв, что ее жених все отлично слышит, а при случае сквернословит не хуже пьяного лесоруба. Она не бросила мужа даже тогда, когда он привел в дом свою любовницу Нэнси Браун и та в очередь с Элайзой стала рожать Уильяму детей.

На заработки Билл уезжал по ночам. Он исчезал в темноте, не объясняя, куда и зачем едет, и возвращался через несколько месяцев на рассвете - Элайза просыпалась от стука ударившегося в оконное стекло камешка. Она выбегала из дома, откидывала ригель, открывала ворота, и муж въезжал во двор - на новой лошади, в новом костюме, а порой и с бриллиантами на пальцах. Красавец-мужчина делал неплохие деньги: брал призы на стрелковых аукционах, бойко торговал стекляшками "Лучшие в мире изумруды из Голконды!" и успешно выдавал себя за знаменитого доктора-травника. Соседи называли его Биллом-дьяволом: одни считали Уильяма профессиональным спекулянтом, другие - бандитом.

Джон Рокфеллер родился 8 июля 1839 года в семье Уильяма и Элизы Джон Дэвидсон Рокфеллер. Чтобы понять этого человека нужно обратиться к ранним годам его жизни. В его нестандартном воспитании берут свое начало все его черты характера, как положительные, так и отрицательные, за которые его винили в зрелые годы. Нужно знать его жизненный опыт до образования Standard Crude oil, чтобы постичь этого незаурядного человека.

Он родился в Нью-Йорке, но когда он был еще совсем маленьким, семья переехала в Пенсильванию. Отец Джона Д. (так Джон Рокфеллер подписывал свое имя) почти всегда отсутствовал, а мать была очень набожной строгой баптисткой. К времени рождения Джона Д., в семье уже были незаконнорожденные дети от горничной. Существует множество письменных свидетельств, что его отец был мошенником и волокитой. 

Отец Джона Д., Уильям или как его звали — Большой Билл, был знатным прохвостом. Большой Билл обладал яркой внешностью и, когда бы он ни появился в жизни Джона Д., был всегда хорошо одет, и у него всегда водились большие деньги. Движимый страхом судебных преследований и разоблачения в двоеженстве, он заставлял семью жить в постоянных переездах. Отец часто появлялся в жизни Джона Д., иногда чтобы дать денег в долги, но он часто требовал вернуть займ задолго до окончания срока. Его стиль жизни был полной противоположностью жизни самого Джона Д., который испытывал большое презрение и пренебрежение к показному стилю жизни отца. Своей жизнью, полной мишуры и дешевого шика, а также своим абсолютным эгоцентризмом Большой Билл, которого в старости стали звать Док Джон Дэвидсон Рокфеллер, создал имидж, которого его сын стремился избежать любой стоимостью.

Билл процветал, а Элайза и дети жили впроголодь и работали не покладая рук. Она не была уверена, вернется ли муж в очередной раз, и вела хозяйство откладывая каждый цент. Полуголодные, одетые в старье сыновья с утра бежали в школу, затем шли работать в поле, а после зубрили уроки. Дома царствовали честная бедность и тяжелый труд, а Билл жил во грехе и прекрасно себя чувствовал. Порок не желал быть наказан: Джон Дэвидсон Рокфеллер-старший начал богатеть. Он занялся лесозаготовками, прикупил сто акров земли, коптильню, расширил дом... Маленький Джон, любитель душеспасительного чтения, музыки и церковных служб, смотрел на отца и учился.

Зато мать Джона Д. Элиза была праведной баптисткой. В своих детях она воспитывала в равной степени и страх перед Богом, и уважение ко всем библейским законам баптисткой веры. Нередко его друзья и недруги называли его дьяконом, и, похоже, ему нравилось это прозвище. Его мать была сторонником строгой дисциплины и научилась вести очень аскетический образ жизни.

Семья могла на протяжении года жить в долг, когда вдруг с большой суммой денег появлялся Большой Билл и оплачивал все счета. Он никогда не оставался надолго и уезжал, оставляя семью снова жить за счет продления какого-нибудь ссуды. Возможно, для семьи Рокфеллеров развод был бы лучшим выходом, чем испытывать смущение и стыд из-за беспорядочных связей Большого Билла. Такие отношения между родителями расстраивали Джона Д., и когда он перевозил мать в Кливленд, он записал ее вдовой, несмотря на то, что отец был еще жив.

Это был очень тихий мальчик, - много лет спустя вспоминал один из горожан, - он всегда думал". Со стороны Джон выглядел рассеянным: казалось, что ребенок все время бьется над какой-то неразрешимой проблемой. Впечатление было обманчивым - мальчик отличался цепкой памятью, мертвой хваткой и непоколебимым спокойствием: играя в шашки, он изводил партнеров, по полчаса думая над каждым ходом, и не проигрывал никогда. "Ты ведь не считаешь, что я играю для того, чтобы проигратьN.." Суровое, обтянутое сухой кожей лицо Джона Дэвисона Джона Дэвидсона Рокфеллера и его лишенные мальчишеского блеска глаза по-настоящему пугали окружающих. Радоваться жизни он не умел никогда.

Зато Джон был очень практичным юношей: он умел извлечь пользу даже из слабостей своих родственников. Дед был слабоволен, доброжелателен и болтлив, и ребенок раз и навсегда вытравил в себе благодушие и разговорчивость - он решил, что эти качества присущи неудачникам. Его мать отличали трудолюбие, верность займу и железная воля - повзрослев, Джон будет работать с рассвета до первых звезд, силой удерживая себя от воскресных занятий бухгалтерией. А гениальный махинатор Уильям Джон Рокфеллер питал нежную, почти чувственную любовь к деньгам: он любил высыпать ассигнации на свой письменный стол и зарывать в них руки, а однажды вышел к детям, помахивая скатертью, сшитой из денежных знаков... Его страсть передалась сыну.

Как старший сын, Джон Д. очень скоро взял на себя роль кормильца семьи. Мать неустанно повторяла детям: «Сознательное расточительство приводит к страшной нужде». Еще совсем в юном возрасте, поощряемый матерью, Джон Д. покупал Фунт стерлингов конфет, делил их и продавал с доходом своим сестрам и братьям. Однажды он нашел гнездо индейки, стащил птенцов и вырастил их на продажу. У Элизы на каминной полке стояла голубая китайская фарфоровая ваза, в которую складывали деньги из профита на семейные нужды. Но, даже находясь в такой бедности, мать поощряла Джона Д. бросать пенни в тарелку для пожертвований.

Его преданность христианской вере и баптистской доктрине была неоспорима в течение всей его жизни, на протяжении которой он оставался абсолютным трезвенником, отказывался играть в азартные игры и танцевать.

Другая интересная подробность из его личной жизни заключается в том, что в юности Джон Д. серьезно увлекся музыкой. Он научился игре на фортепьяно и музицировал иногда по шесть часов в день. Говорят, что он серьезно помышлял о карьере пианиста.

Мало кто знал иную, человеческую сторону его натуры. Свойственные людям чувства Джон Дэвисон Джон Дэвидсон Рокфеллер спрятал в самый дальний карман и застегнул его на все пуговицы. А между тем он был чувствительным мальчиком: когда умерла его сестра, Джон убежал на задний двор, бросился на землю и так пролежал целый день. Да и повзрослев, Джон Рокфеллер не стал таким чудовищем, каким его изображали: как-то он спросил об однокласснице, которая ему когда-то нравилась (всего лишь нравилась - он был высоконравственным юношей); узнав, что она овдовела и бедствует, владелец "Стандарт ойл" тут же назначил ей пенсию. Судить о том, каков он был на самом деле, почти невозможно: все мысли, все чувства, все желания Джон Рокфеллер подчинил одной великой цели - обязательно разбогатеть. Он превратил себя в идеальную бизнес-машину, аппарат для производства деловых идей, эксплуатации подчиненных и подавления конкурентов. Все, что могло этому помешать, было отброшено: Джон Дэвисон должен был или умереть от переутомления, или стать богачом. А тому, что он превратился не просто в состоятельного человека, а в самого богатого человека в мире, Джон Дэвидсон Рокфеллер был обязан гениальной интуиции и сверхъестественному деловому чутью - качествам, которые не смогла разглядеть даже его собственная мать, знавшая Джона как свои пять пальцев.

" Рокфеллер не стал ни распутником, ни двоеженцем, на него в отличие от папы никогда не подавали в суд по обвинению в изнасиловании, но тем не менее он многому научился у отца. С раннего детства он занимался бизнесом: покупал англиский Фунт стерлингов конфет, делил его на маленькие кучки и с наценкой распродавал собственным сестрам, ловил диких индюшат и выкармливал для продажи. Вырученные деньги будущий миллиардер аккуратно складывал в копилку - вскоре он начал ссужать их отцу под разумный процент.

Тихий мальчик получает среднее образование - тем временем его отец соблазняет очередную служанку, попадает под суд за обман кредиторов и бросает семью. Уильям Джон Дэвидсон Рокфеллер уходит к другой женщине, меняет фамилию и прячется от жены, сыновей и тех, кому был должен. Больше они его не увидят - на похороны отца Джон Дэвисон Джон Рокфеллер не поедет.

Карьера

Мало что в жизни Джона Рокфеллера так полно вымыслов, как период его жизни от восемнадцати лет до его вхождения в американскую финансовую элиту. Вынужденный содержать семью, Джон Дэвидсон Рокфеллер отправился в Кливленд на поиски работы. Имея за плечами трехмесячный курс бухгалтерии, он бродил по улицам Кливленда в поисках работы. Он выходил из пансиона, в котором остановился, ровно в восемь утра каждый день и не возвращался до позднего вечера. К работодателям у него было прямое коммерческое предложение: «Я знаю бухгалтерию, и я хочу получить работу». Он повторял эту фразу как заклинание на улицах Кливленда в течение шести недель.

26 сентября 1855 года Джон Рокфеллер праздновал всю оставшуюся жизнь, как свой первый рабочий день — день, который стал бы, пожалуй, для него более важным событием, чем день его рождения. Он зашел в офис компании Hewitt and Tuttle и после интервью с господином Таттл получил место ассистента бухгалтера. Джон Рокфеллер рассказывал: «Все мое будущее, похоже, зависело от того дня, и я часто с ужасом спрашивал себя: что было бы, не получи я тогда эту работу?» Но он не показывал окружающим свое беспокойство и страхи даже тогда. Джон Дэвидсон Рокфеллер умел скрывать свои эмоции.

Рокфеллер вел себя так, как мог бы вести влюбленный: казалось, что тихий бухгалтер находится в состоянии эротического безумства. В порыве страсти он дико кричит в ухо мирно работающему коллеге: "Я обречен стать богатым!" Бедняга шарахается в сторону, и вовремя - ликующий вопль повторяется еще два раза. Джон Рокфеллер не пьет (даже кофе!) и не курит, не ходит на танцы и в театр, зато получает острое наслаждение от вида чека на четыре тысячи долларов - он все время вынимает его из сейфа и рассматривает снова и снова. Девушки зовут его на свидания, а молодой клерк отвечает, что может встречаться с ними только в церкви: он ощущает себя избранником Божьим, и соблазны плоти его не волнуют. Джон Дэвидсон Рокфеллер знает, что Господь благословляет праведных, и превращает свою жизнь в постоянный подвиг - он приходит на работу в 6.30 утра, а уходит так поздно, что ему приходится обещать самому себе заканчивать свою бухгалтерию не позднее десяти вечера. И Бог дает ему то, что он хотел.

Джон Рокфеллер не получал заработную плату на протяжении трех месяцев, что было обычным делом для тех времен, Спустя три месяца он получил сразу 50 долларов за все проработанное время, что составило примерно 50 центов в день. Через какое-то время ему подняли жалование до 25 долларов в месяц. Джон Дэвидсон Рокфеллер вспоминал, что в то время испытывал чувство вины, считая эту царственную сумму чрезмерно завышенной.

Влияние его бережливой матери проявилось в документе, который стал частью его собственного фольклора – бухгалтерской книге «А». За 5 центов со своей первой получки он приобрел маленькую красную бухгалтерскую книгу. Книжка эта содержала простые записи, отражающие безукоризненный бухгалтерский подсчет каждого заработанного и потраченного цента.

Подсчитывался каждый цент без исключения. В своей бухгалтерской книге Джон Рокфеллер не допускал ни завышений, ни занижений приходов или издержек — лишь точный перечень дебитов и займов. Поощряемый Элизой вести точный учет, Джон Дэвидсон Рокфеллер записывал все расходы и приходы в книгу с маниакальной одержимостью. Он хранил ее всю свою жизнь как драгоценную жемчужину. Сейчас она заняла свое место в архиве Джона Дэвидсона Рокфеллера. Финансовые транзакции Джона Д. заносились в книгу без единого примечания или комментария. Как и другие аспекты его скрытной жизни, существование Джона Рокфеллера может быть описано на языке цифр, взятых со страниц бухгалтерской книги. Он вел эти записи с любовью, являющейся, как полагают некоторые, эмоциональным проявлением его ликования по поводу своей независимости от опеки отца. В свои шестнадцать лет Джон Дэвидсон Рокфеллер впервые в своей жизни был по-настоящему свободен.

Джон Д. несомненно был отличным образчиком протестантского отношения к труду. На работу он приходил в 6:30 утра и редко уходил с работы до 10 вечера. Ему настолько нравилось обучаться бизнесу, что он даже сделал запись в своем журнале, браня себя за то, что проводит так много времени на работе. Однажды он принял решение уйти с работы до 10 вечера, однако не смог его выполнить. Занявшись коммерцией из-за желания помочь своей матери, Джон Рокфеллер очень быстро начал искать выгодное дело.

Работая в компании Hewitt and Tuttle, молодой Джон Дэвидсон Рокфеллер получил более полную картину мира, о чем он позднее говорил: «Мне открыли глаза на транспортный бизнес». В Hewitt and Tuttle Джон Рокфеллер узнал основные механизмы бизнеса, научился определять потенциальные возможности и опасности.

Hewitt and Tuttle оказывала брокерские услуги в торговле огромным спектром товаров, а Джон Рокфеллер был очень хорошим учеником. Из-за конфликта Таттл покинул фирму, в результате чего Джон Дэвидсон Рокфеллер продвинулся по службе, но последующее повышение его жалования сначала до 500 долларов в год, а затем до 600 долларов не принесло ему удовлетворения. Как бухгалтер он был хорошо осведомлен, что господин Таттл получал жалование управляющего в размере 2,000 долларов в год. В результате рассерженный Джон Рокфеллер открыл свой бизнес на стороне по продаже муки и свинины.

Не видя для себя перспектив с Хьюитом, Джон Дэвидсон Рокфеллер покинул фирму, чтобы организовать свое первое товарищество. Заняв деньги у отца и добавив свои собственные сбережения, он вместе с Морисом Кларком (Maurice Clark) организовал фирму Clark and John Rockefeller. Это было 1 апреля 1858 года.

Джону Рокфеллеру повезло - южные штаты объявили о выходе из Союза и началась классовая борьба. Федеральному правительству понадобились сотни тысяч мундиров и винтовок, миллионы патронов, горы вяленого мяса, сахара, табака и галет. Наступил золотой век спекуляции, и Джон Рокфеллер, ставший совладельцем брокерской фирмы со стартовым капиталом $ 4000, сделал неплохие деньги. А потом он наткнулся на настоящую золотую жилу; вечером во всех домах, от дворцов Вандербильтов и Карнеги до лачуг китайских эмигрантов, загорались керосиновые лампы, а керосин, как известно, делают из черного золота. Компаньон Джона Рокфеллера Морис Кларк говорил: "Джон верил только в две вещи на земле - в баптистское вероучение и нефть"; по ночам ему снились зияющие в земле нефтяные платформы. (Провернув выгодную сделку, мрачный человек в черном костюме прыгал по офису, пел и обнимал секретарш.)

Заслуживает внимания тот факт, что Джон Дэвидсон Рокфеллер будет и в дальнейшем придерживаться такой партнерской формы работы. Неясно, какие психологические факторы заставляли его снова и снова образовывать товарищества. Хотя он казался замкнутым человеком, в действительности у него всегда был узкий круг друзей и деловых партнеров, от которых он зависел. Он считал этих людей своими друзьями, хотя, похоже, никогда никому по-настоящему не доверял.

Истинная любовь сметает все преграды: Рокфеллер был без ума от денег, и они шли к нему косяком. Когда он чувствовал, что их можно спугнуть, - Джон Рокфеллер становился нежен и вкрадчив, когда требовалась сила - боролся за них, не думая о последствиях. Ему исполнилось двадцать пять, знакомые думали, что он навсегда обручен с бухгалтерскими счетами. ..Но в жизни всегда есть место чуду - одна девушка ждала Джона Дэвидсона Рокфеллера вот уже девять лет.

Лаура Селестия Спелмен родилась в богатой и уважаемой семье. Она много читала, пробовала себя в литературной редактуре и подходила Джону Дэвидсону Рокфеллеру по всем статьям. Лаура была типичной пуританкой: танцы и театр казались ей олицетворением порока, зато в церкви она отдыхала душой... Всем цветам будущая миссис Джон Дэвидсон Рокфеллер предпочитала черный.

Они познакомились еще в школе: он признался ей в любви - она ответила, что сперва ему надо чего-то добиться в жизни, найти хорошую работу, стать состоятельным человеком... Со стороны эта история кажется безмерно унылой, но на деле все обстояло иначе.

Костлявый мальчишка к этому времени превратился в высокого, подтянутого и очень обаятельного молодого человека, а Лаура (домашние звали ее Сетти) стала хорошенькой девушкой. Она прекрасно разбиралась в музыке (три часа ежедневных занятий на фортепиано!). Джон Рокфеллер тоже неплохо музицировал (его упражнения бесили хлопотавшую по хозяйству Элайзу). К тому же Рокфеллеру не удалось заморозить себя окончательно - Сетти знала, что он мог быть очень добрым человеком.

За бриллиантовое обручальное кольцо Джон Дэвидсон Рокфеллер заплатил 118 долларов - для него это был настоящий подвиг. Повторять его он не стал: свадьба была скромной, дом, в который перебрались молодые после свадебного путешествия, Джон Рокфеллер снял по дешевке, слуг у них не было. К этому времени ему принадлежал самый крупный в Кливленде нефтеперерабатывающий завод, родители невесты были состоятельными и уважаемыми в городе людьми, но сообщения о свадьбе в газетах не появилось - он не любил, когда о нем говорили. Подчиненные и конкуренты боялись Джона Дэвидсона Рокфеллера как огня, а жена считала его добрейшим человеком.

Корпорация Стандарт Ойл (Standard Earthen oil corporation)

Будучи единственным кормильцем в семье, Джон Дэвидсон Рокфеллер, как и многие другие в подобной ситуации, был освобожден от прохождения военной службы. Он воспользовался не столь редким для тех времен методом найма своего «заместителя». Никто никогда не сомневался в патриотизме Джона Рокфеллера. Он с гордостью рассказывал, что оплатил службу от двадцати до тридцати человек в войне против рабовладения. Джон Д. занимался бизнесом с очень хорошей профитом, но возникший по окончании войны нефтяной бум с наплывом бывших солдат на нефтяные месторождения породил настоящую коммерческую лихорадку в коммерции. Каждый хотел новое освещение, каждый хотел керосин.

История развития нефтяного бизнеса — от неиспользуемого продукта, каким нефть была в начале 19 века, до главной мировой экономической индустрии сегодня — и по сей день отождествляется с историей Standard Crude oil и человека по имени Джон Рокфеллер.

Нефтяная лихорадка, случившаяся в 60-х годах девятнадцатого столетия, сравнима по масштабам с калифорнийской золотой лихорадкой или даже с современным бумом Интернет-технологий. На территории с залежами черного золота отовсюду стекались люди, чтобы испытать свою судьбу. Огромные состояния терялись также быстро, как и сколачивались. Быстро обретенное богатство проявляло в людях как лучшие, так и худшие стороны.

Однако бум слишком быстро сменился спадом в экономике, а приобретенное богатство оказывалось потерянным или похищенным. В таком жестоком и смутном окружении благовоспитанный, тихий и замкнутый Джон Дэвидсон Рокфеллер смог выковать всемирную монополию и сколотить личное состояние, размеры которого, возможно, никогда не будут превзойдены.

Личное состояние Джона Дэвидсона Рокфеллера в 1917 году составило 2.5 процента от валового национального товара. Размеры его состояния оценивались цифрами от 900 миллионов до 1 миллиарда долларов. Полный федеральный бюджет Америки в 1917 году составлял 715 миллионов долларов. Таким образом, Джон Дэвидсон Рокфеллер мог лично финансировать государство в течение года, имея большой остаток в запасе. Сегодня даже грандиозное состояние Билла Гейтса составляет примерно лишь 0.5 % от валового национального товара. Все это лишний раз показывает, что Джон Д. Джон Рокфеллер и на сегодняшний день остается самым богатым человеком в Американской истории.

Нельзя не учитывать изменения в окружающем мире, которые произошли в нужном месте и в нужное время, создав для Джона Рокфеллера благоприятные условия для построения его индустрии. Это было удивительное время в Америке. Для возникновения Standard Earthen oil должны были совпасть по времени два технологических переворота и расцвет двух других индустрий.

В начале девятнадцатого века, процесс религиозного разделения в стране шел на фоне беспримерного экономического роста. Два значительных переворота ознаменовали процесс модернизации в Америке. Один был связан с развитием транспорта в целом и железной дороги в частности. Второй, оказавший, возможно, наиболее сильное влияние на молодого Джона Рокфеллера, был в большей степени связан с домашним хозяйством. Это был растущий спрос на освещенность в домах.

Многие люди в развивающихся Соединенных штатах Америки искали новые менее дорогие способы освещения своих домов и офисов. Сельские жители помимо того, что искали способ продлить короткий зимний день, также не хотели отставать от крупных городов, жители которых уже пользовались новой технологией освещения.

К тому времени химики научились получать керосин из черного золота с помощью серной кислоты. Процесс производился с помощью довольно небольших приборов дистилляторного типа. Было обнаружено, что керосин имеет большой потенциал применения в освещении, где ранее использовались, главным образом, такие продукты, как китовый жир, спирт и другой товар переработки нефти — камфен. Все эти продукты были весьма дорогостоящими и относительно редкими. Например, стоимость на камфен во времена юности Джона Дэвидсона Рокфеллера составляла 88 долларов за галлон. Пока не изобрели процесс перегонки черного золота в керосин, к черного золота относились главным образом как к неудобству.

Некоторые участки Западной Пенсильвании были чрезвычайно богаты месторождениями черного золота. Количество черного золота было столь велико, что возникали естественные загрязнения черным золотом некоторых бухт и небольших речек. В то время нефть использовали в некоторых медикаментах для перорального приема, которые продавались коммивояжерами. Ее также использовали в составе некоторых целебных бальзамов. В течение многих лет нефть почти не имела коммерческой ценности.

Считается, что первая продуктивная нефтяная платформа была разработана в 1859 полковником Эдвином Дрейком (Colonel Edwin Drake) в городе Тайтусвиль (Titusville) в штате Пенсильвания. На самом деле эта скважина не была первой обнаруженной скважной, но она считалась первой возобновляемой скважиной. Подобно современным технологическим открытиям, это вызвало широкую волну предпринимательства. Например, в 1865 году в Пит Холе (Pit Hole) в штате Пенсильвания, ферма, на территории которой нашли нефть, была продана за 2 миллиона долларов. Когда, спустя тринадцать лет, месторождение было исчерпано, ферма была продана за 4 доллара 37 центов. Первые шаги нефтяного промысла сопровождались классическим бумом.

В то время Джон Рокфеллер занимался брокерским делом в Кливленде в штате Огайо и не подавал надежд превратиться в лидера и крупного спекулянта в этом процветающем бизнесе. Джон Дэвидсон Рокфеллер не сразу заинтересовался нефтяным бизнесом. Нефтяные вышки рисковали высохнуть.

Остролицый, в поношенном костюме, странно смахивающий на факельщика из погребального бюро, Джон Дейвисон исходил на своих тощих ногах все грязные тропинки долины и замусоренные улицы Титусвиля. С Библией в кармане, в шелковом цилиндре на голове, он выделялся каким-то невероятным достоинством в толпе искателей черного золота, от которых чаще пахло виски, чем черным золотом. Он осторожно перешагивал через трупы, во время перестрелок старался не попасть под пулю, а при встрече с женщинами легкого поведения стыдливо отворачивался. И с поразительным хладнокровием наблюдал за нефтедобытчиками и их неуклюжими стараниями извлечь из земных глубин то самое «черное золото», которое, как они надеялись, сделает их всех миллионерами. Очень скоро он увидел, что эти бедолаги, с неимоверным трудом ведущие бурение зачастую совершенно случайными и мало приспособленными для этой цели механизмами, не озаботились запастись ни емкостями для сбора черного золота, ежели таковая пойдет из скважины, ни средствами для ее транспортировки, а главное, для перегонки. В Кливленд он возвратился в лучезарном настроении: он нашел способ сделать настоящее, состояние. И. сразу же по возвращении он убедил компаньонов ринуться вместе с ним на авантюру. «На нефтяной добыче сделать большие деньги не удастся,—объявил он Кларку.—Имея сто пятьдесят тысяч конкурентов, по-настоящему не разбогатеешь. Так что оставим этим болванам тратить там свои силы и деньги, а сами займемся хранением и перегонкой черного золота». Кларк, в отличие от своего компаньона, уже погряз в рутине. Успех их первого предприятия его вполне удовлетворял, и у него не было ни малейшего желания рисковать; более того, он уже сожалел, что принял участие в покупке неф­теперегонного завода. Он отказался, не без некоторого даже юмора: «Если тебе так невтерпеж разориться, нам придется ликвидировать компанию».

«Хорошо»,—с полным спокойствием согласился Джон Д., поскольку заранее предвидел реакцию компаньона и предусмотрительно обеспечил себе поддержку многих банкиров. «Я выхожу из дела. Надо дать в „Кливленд лидер" объявление ликвидации компании». Что и было сделано. Акции Джона Рокфеллера были проданы. И он за семьдесят две тысячи пятьсот швейцарских Франков стал единственным владельцем нефтеперегонного завода в Кливленде. Прощаясь с компаньоном, он дружески пожал ему" руку и сказал: «Морис, я думаю, ты совершил ошибку, не пойдя со мной. На этот раз я на пути к настоящему богатству».

Один из химиков, занимающихся получением керосина из черного золота, Самуэль Эндрюс (Samuel Andrews), в 1865 году переманил к себе Джона Д. Предприятие, ставшее первым вторжением Джона Дэвидсона Рокфеллера в нефтяной бизнес, было зарегистрировано как Джон Дэвидсон Рокфеллер и Эндрюс (John Davison Rockefeller and Andrews). К 1870 году Джон Рокфеллер станет мультимиллионером.

Подобно ночному торнадо обрушилось новое изменение внешних условий, которое могло легко разорить Джона Дэвидсона Рокфеллера — изобретение электрического освещения. Представьте влияние электроэнергии на керосиновый рынок. Благодаря возникшей технологии спрос на керосин мог исчезнуть за одну ночь, подобно тому, как исчез спрос на кнуты с изобретением автомобиля. Изобретение Эдисоном лампы накаливания стало огромной угрозой для нефтеперерабатывающего бизнеса. Электричество стало более экономичным и менее опасным, чем использование керосиновых ламп. К тому же электричество представляло собой восполнимый ресурс, не требующий химической обработки. Электрификация Америки была очевидной угрозой Джону Д., и он уже почти предвидел упадок своей династии. Конечно, он бы легко выжил финансово, но он уже не стал бы таким титаном, каким мы знаем его сегодня. Словно некий божий промысел, положение спасла другая новая технология — автомобиль.

Решение привести в действие новую концепцию индивидуального транспортного средства — великую мечту Генри Форда — с помощью двигателя внутреннего сгорания стало решающим в успехе Джона Рокфеллера. Нефть можно было перегонять как в керосин, так и в бензин. Автомобиль стремительно ворвался на рынок, породив огромный спрос на бензин, сохраняющийся и по сей день. Беда была предотвращена, и империя, почти погибшая, расцвела снова.

Говоря о внешних факторах, повлиявших на эту историю, нельзя исключить влияние классовой борьбы. Война создала спрос на такие товары, которые ввели Джона Дэвидсона Рокфеллера в мир коммерции. После классовой борьбы возник климат экономического подъема, вероятно, очень схожий с послевоенным подъемом по окончании Второй Мировой войны. Появилась рабочая сила, состоящая из уставших от боев солдат, которые теперь хотели сколотить свое собственное состояние и имели благодаря своему военному опыту серьезное отношение к труду.

В период становления нефтеперерабатывающей индустрии относительно небольшая территория нефтяных разработок в значительной степени помогла Джону Рокфеллеру в его усилиях по консолидации индустрии. Если бы с самого начала нефть добывалась в разных местах, усилия Джона Рокфеллера по слиянию компаний и транспортировке черного золота были бы сильно затруднены. Таким образом, Джону Дэвидсону Рокфеллеру действительно повезло оказаться в нужном месте и в нужное время.

Возросший спрос на нефтяную добычу создал ажиотаж и непристойную среду, ненавистную Джону Д. Большинство нефтяников были грубыми и беспутными. На месторождениях воцарилась вульгарная разнузданная атмосфера. Проституция, азартные игры, пьянство стали социальными нормами, и это было невыносимо для Джона Дэвидсона Рокфеллера. Все это, подкрепленное устаревшими транспортными технологиями и способами перегонки черного золота, дестабилизировали финансовую среду в бизнесе. Вспыхнувший пожар приводил к скачку цен за баррель черного золота. Затем открывалась новая нефтедобывающая платформа, и цены обваливались. Джон Рокфеллер не переносил отсутствие порядка в бизнесе, и он поклялся исправить положение.

Все новые и новые инвесторы неустрашимо покрывали ландшафт Пенсильвании свежими следами попыток найти нефтяные месторождения. Видя это, вечно бдительный Джон Дэвидсон Рокфеллер разработал стратегический план по консолидации индустрии и созданию того, что сегодня мы называем монополистом. Джон Дэвидсон Рокфеллер считал, что его план был единственным разумным способом спасти нефтяной бизнес. Он создал концепцию компании Standard Earth blood как экономического объекта, а Генри Флэйджер (Henry Flager) создал реальную корпорацию. Standard Crude oil corporation of Ohio была учреждена в штате Огайо.

В то время большинство корпораций не могли владеть собственностью за пределами штата регистрации. Это создавало определенную проблему, которую Джон Рокфеллер пытался решить. Standard Earthen oil в начале своей деятельности была очень похожа на множество других мелких компаний. Интересно отметить, что Джон Рокфеллер очень хорошо представлял, как эта новая структура должна выглядеть для потенциальных инвесторов, и поэтому он написал Устав Standard Earth blood, в соответствии с которым служащие компании не должны были получать какое-либо жалование, а только акции. Он полагал, что владение акциями будет стимулировать служащих работать старательно, чтобы повысить их цена, а не искушаться высокой зарплатой или премиями.

В то время Джон Дэвидсон Рокфеллер и его партнеры Эндрюс (Andrews) и Флэйджер (Flager) тщательно прорабатывали почти каждый аспект бизнеса. Вместо того, чтобы покупать баррели по цене 2.50 доллара, они начали производить собственные по 1 доллару.

Мрачные корпуса нефтеперегонного завода Джона Рокфеллера, как и остальные такие же заводы в Кливленде, стояли на берегу озера Эри, и туда по железной дороге бесперебойно поступала кровь земли, в изобилии хлещущая из всех скважин штата Пенсильвания. Но одно дело стать владельцем завода, куда регулярно поступает сырье на переработку, и совсем другое—добиться его бесперебойной работы. Джон прекрасно знал коммерцию и бухгалтерское дело, но не имел ни малейшего представления о технической стороне перегонки черного золота — дела пока еще совсем нового. Так что обзавестись сведущими компаньонами стало для него вопросом первостепенной важности. Он подыскивал их с таким же тщанием и осторожностью, с каким выбирал себе жену, и нашел двух инженеров — Фланджерса и Андруса.

Оба они не курили, не пили, не якшались с безнравственными женщинами и могли посоперничать с Джоном Рокфеллером цинизмом в делах и строгим соблюдением религиозных обрядов. Троица компаньонов вскоре создала группу, тем более прочную, что в соответствии с пожеланием Джона Дэвидсона Рокфеллера их «дружба» основывалась исключительно на доходу. Дабы сотрудничество было более тесным, они снимали квартиры в одном доме и даже – из соображений экономии – арендовали общую скамейку в баптистской церкви города. Контора их находилась в доме 341 по Эвклид-авеню, где 10 июня 1870 г. они официально основали компанию с капиталом в один миллион долларов, название которой станет известно во всем мире — «Стандард Ойл оф Огайо».

Джон Рокфеллер придумал, как воспользоваться конкуренцией между различными транспортными компаниями, что привело его к величайшему успеху. Его план был настолько удачным, что еще до официального открытия компании Standard Earthen oil, он добился средней стоимости транспортных услуг в 1.65 долларов на баррель черного золота против средней по индустрии стоимости в 2.40 долларов. Эта скидка, помноженная на сотни, а затем и тысячи баррелей, стала настоящим конкурентным преимуществом. Пока Джон Дэвидсон Рокфеллер сталкивал железную дорогу с водным транспортом и одну железную дорогу с другой, пытаясь восстановить контроль над индустрией, железные дороги решали собственные проблемы.

The South Improvement Company

Том Скотт (Tom Scott) предложил Standard Crude oil Company разрешить железным дорогам поднять цены на перевозки. Чтобы компенсировать рост цен, предполагалась выплата в размере 50 % от уплаченной цены совместному предприятию South Improvement Company (SIC), которая частично принадлежала бы Джону Рокфеллеру и его партнерам, а частично – различным железнодорожным компаниям. По соглашению сторон Джон Дэвидсон Рокфеллер должен был обеспечивать заранее определенный объем перевозок по железным дорогам, принадлежащим партнерам SIC. Этот маневр помог инвесторам South Improvement Company исключить конкуренцию со стороны Питтсбургской и других железнодорожных линий в соперничестве за перевозки Джона Рокфеллера.

Другой причиной, по которой Скотт и другие были заинтересованы предлагать столь щедрые условия Джону Дэвидсону Рокфеллеру, заключалась в том, что Джон Д. владел собственным парком вагонов-цистерн. Так как его тактика создала дефицит вагонов-цистерн, железные дороги, работая с Джоном Дэвидсоном Рокфеллером, фактически получали доступ к цистернам, необходимым для обеспечения нужной нагрузки железных дорог, без вложения огромных капитальных расходов.

Чтобы сделать сделку еще более привлекательной для Джона Дэвидсона Рокфеллера, Скотт предложил выплачивать ему процент, называемый возвратным отчислением (drawback), на все остальные нефтяные перевозки, осуществляемые через железные дороги, принадлежащие SIC. Это гарантировало Джону Дэвидсону Рокфеллеру поступление выгоды даже от перевозок, осуществляемых его конкурентами. Другие нефтеперерабатывающие компании были вынуждены нести значительно более высокие транспортные расходы, пополняя в то же время казну Standard Earth blood. Основной целью сговора была стабилизация стоимости фрахта, но при этом Джон Рокфеллер получал гигантское преимущество над конкурентами. Это, безусловно, был сговор высочайшего масштаба, нелегальный с точки зрения сегодняшнего права и вызывающий протест в то время. Для описания его в учебниках создали новое выражение – «экономика ущемления» (economics of strangulation).

Несмотря на то, что действия SIC вызвали немедленный резкий протест, желаемый результат был достигнут. Многие владельцы нефтеперерабатывающих компаний были настолько сокрушены концепцией совместной работы Standard Crude oil и железнодорожных компаний, что продали свои компании Джону Рокфеллеру.

Дурная слава The South Improvement Company раздувалась прессой повсеместно по стране, и хотя деятельность компании не была противозаконной, ее называли наиболее отъявленным преступным сговором в большом бизнесе, когда-либо навязанным американцам. Джон Рокфеллер казался озадаченным и недоумевал, почему эта корпорация вызвала столько шума. Как выяснилось, не было сделано никаких возвратных платежей, никакие проценты не были выплачены, никакие вознаграждения не были получены. SIC прекратила свою деятельность почти также быстро, как и была образована, не осуществив ни единой операции. Однако даже сегодня эта компания-пустышка считается одной из наиболее известных попыток установления монополиста в Америке.

SIC подорвала доверие американской промышленности. В отличие от Джона Рокфеллера, политики хорошо понимали, что делать в такой ситуации. Джон Д. был убежден, что создание стабильности в индустрии, в которой царит не приносящий дохода беспорядок, является более важным, чем тот воображаемый ущерб, который может нанести новый монолит. Джон Дэвидсон Рокфеллер не был одинок в своем подходе к индустрии: картели формировались в мясной, сельскохозяйственной, сталелитейной промышленности и, конечно, в транспортной индустрии.

Джон Дэвидсон Рокфеллер видел в спаде в экономике 1873 года дополнительное подтверждение того, что его стратегия объединения, которую он называл кооперацией, была правильной. Черный Четверг, который привел к банкротству большого количества банков, жесточайшая конкуренция между железными дорогами, обвал цен на сырую нефть с 1 доллара до 48 центов за баррель лишь усиливало его решимость и дальше контролировать нефтяной бизнес. Последующие шесть лет экономической стагнации позволили Джону Рокфеллеру и другим бизнесменам расширить бизнес. Среди которых наиболее заметным являлся Эндрю Карнеги (Andrew Carnegie) в сталелитейной промышленности.

Горя желанием воплотить свой план в реальность, в 1874 году он переносит головной офис компании Standard Earth blood в Нью-Йорк. Контроль издержек, слияние, увеличение мощности предприятий и другие стратегии позволили Standard Earthen oil к 1880 году завладеть 85 % нефтеперерабатывающего бизнеса. В 1882 году Джон Рокфеллер перемещает главный офис компании в Нью-Йорке на Бродвей, 26.

Пиар и антитрастовая политика

Обвиняемый в применении безжалостных и тиранических методов при поглощении своих конкурентов, Джон Рокфеллер в действительности платил в большинстве своих сделок по приобретению фирм справедливую рыночную цену, а иногда переплачивал, если видел, что объект является стратегически важным. Каждый раз в Джоне Рокфеллере видели жестокого победителя, что лишь увеличивало толпу его разгоряченных оппонентов. Карикатуры на первых страницах газет изображали его в виде зловещего монстра, мучающего американских рабочих. К тому времени усилилась другая крупная индустрия, влияние которой Джон Дэвидсон Рокфеллер недооценил. Сегодня мы называем ее четвертой властью.

В 1902 году Айда Тарбел (Ida Tarbell) начал публиковать в журнале McClure Magazine серию статей, призванных разоблачить компанию Standard Crude oil и ее персонификацию - Джона Дэвидсона Рокфеллера. Тарбел не был беспристрастным журналистом: его отец считал Джона Рокфеллера виновным в своем разорении. К тому же Айда вырос в Западной Пенсильвании. Тарбел продолжал публиковать статьи, изображающие рабочих нефтяной промышленности доблестными и добросердечными людьми, подвергающихся эксплуатации Джона Дэвидсона Рокфеллера и подобных ему. С каждым новым выпуском тираж журнала увеличивался, поощряя все больше противников Джона Рокфеллера предоставлять информацию (ее достоверность не имела значения), которая затем попадала в новые статьи.

Айда Тарбел превратил Джона Дэвидсона Рокфеллера в воплощение величайшего зла в Америке. Он сделал его самым ненавистным человеком в стране.

Оглядываясь назад, можно отметить, что критической ошибкой в карьере Джона Рокфеллера было его молчание в ответ на критику. Сегодня ни одна корпорация не станет молчать, если ее деятельность будет подвергаться сомнению в государственных средствах информации или критиковаться в местной прессе. Нападки Айды Тарбела, Генри Ллойда и других противников Джона Дэвидсона Рокфеллера не оспаривались до самой его отставки.

Американцы восприняли его непреклонное молчание как доказательство вины. Нежелание Джона Рокфеллера отвечать своим противникам воодушевило правительство заняться вопросом растущих монополистов.

Джон Дэвидсон Рокфеллер испытывал недоверие и неприязнь к политикам. Компания Standard Earthen oil дала немало взяток многим чиновникам, добиваясь более благоприятных судебных решений или их отсрочки. Возможно, многие политики напоминали ему о Большом Билле. Джон Рокфеллер никогда не видел в правительстве ничего кроме препятствия для ведения бизнеса.

Джон Дэвидсон Рокфеллер не заметил укрепления исполнительной власти федерального правительства и намерения Рузвельта найти крупный концерн для демонстрации антитрастовой политики правительства. Изобличаемый в прессе как корпоративный пират, Джон Рокфеллер очень скоро превратился в предмет нападок правительства.

Спустя много лет Джон Дэвидсон Рокфеллер рассказывал о страхе, который он испытывал из-за всех запросов, петиций, судебных процессов и слушаний, обрушившихся на Standard Earth blood. В то время он по-прежнему придерживался безуспешной стратегии молчания в ответ на нападки противников. В 1911 году Верховный Суд Соединенных штатов Америки утвердил Антитрастовый закон Шермана (Sherman Anti-Trust Act) 1890 года и издал приказал расформировать Standard Earth blood. До этого момента Джон Рокфеллер усердно пытался приспособиться к различным нормативным актам, навязанным правительством.

Джон Дэвидсон Рокфеллер основал корпорацию Standard Crude oil в нескольких штатах, с тем, чтобы приспособиться к правовым нормам акционерной собственности. Такая схема позволила Джону Дэвидсону Рокфеллеру построить и консолидировано управлять национальной компанией. Данная трастовая концепция стала синонимом монополиста.

В результате расформирования возник уникальный список выдающихся корпораций:

· Standard Earthen oil, штат Нью-Джерси, стала ESSO, ныне Exxon.

· Standard Earthen oil, штат Огайо, стала Sohio.

· Standard Earth blood, штат Индиана, стала Amoco.

· Standard Crude oil, штат Нью-Йорк, стала Mobil gas.

· Standard Earth blood, штат Калифорния, стала Chevron.

· Standard Crude oil, стала Conoco.

Изначально Standard Earthen oil распалась на тридцать восемь различных компаний, включая вышеперечисленные, а также такие компании как ARCO, BP United States и Cheeseborough-Ponds, в качестве наследников Standard Earthen oil. В результате распада Standard Crude oil у Джона Рокфеллера осталась внушительная часть акций во всех компаниях, но ни в одной из них он не имел контрольного пакета.

Его личное состояние только увеличилось, так как он теперь входил в состав советов правления различных компаний. Его уважали и почитали многие из тех, кто теперь встал у руля компаний, и поэтому имел большое личное влияние вплоть до отставки в 1914 году.

Интересно, что к 1902 году, когда Тарбел начал крестовый поход против Джона Дэвидсона Рокфеллера, он уже отходил от своих многих ежедневных обязанностей в Standard Earth blood. Джон Рокфеллер начал сокращать свое участие в управлении компанией с 1896 года, когда ему удалось собрать управленческую команду, какую он хотел. По иронии в силу скрытности его характера, это осталось незамеченным большинством в Америке. Джон Рокфеллер же начал уделять больше времени другим своим страстным увлечениям, включая благотворительность и нескольким хобби, особенно заметным из которых являлся гольф.

Благотворительная деятельность

После сорока лет Джон Дэвидсон Рокфеллер основывает Колледж Спелмана в Атланте, затем открывает духовную семинарию Спелмана для обучения освобожденных рабов. После пятидесяти лет он уделяет много своего времени созданию и поддержке Университета в Чикаго; после шестидесяти лет он работает в Университете Джона Дэвидсона Рокфеллера, Институте Джона Рокфеллера Медицинских Исследований, в Совете Всеобщего Образования, в Комиссии Джона Рокфеллера по санитарному контролю и в Фонде Джона Дэвидсона Рокфеллера. В конечном итоге, средства для строительства Организации Объединенных Наций были пожертвованы именно Джоном Дэвидсоном Рокфеллером.

Кроме того, желая иметь надежного помощника, Джон Рокфеллер нанял в качестве советника по благотворительным делам своего друга священника Фредерика Гейтса (Frederick Gates), который исполнял эти обязанности на протяжении многих лет. Гейтс говорил, что как только в прессе появлялась статья о богатстве Джона Дэвидсона Рокфеллера, в течение последующего месяца приходило по пять тысяч писем с различными просьбами о предоставлении денежных средств.

В 1901 году Джон Дэвидсон Рокфеллер основал Институт Джона Рокфеллера Медицинских Исследований, который теперь стал частью Университета Джона Рокфеллера. Это была уникальная идея, так как ни в одной другой организации не уделялось столько внимания открытиям в медицине, разработке новых лекарств и другим подобным вещам. Эта идея полностью принадлежала Джону Дэвидсону Рокфеллеру. Пожалуй, величайшим достижением семьи Рокфеллеров можно считать тот факт, что в институте была изобретена эффективная сыворотка для лечения спинального менингита, изобретателем которой стал один из ученых института, Саймон Флекснер (Simon Flexner).

Сегодня пожертвования продолжают осуществляться через фонд Джона Дэвидсона Рокфеллера, универсальная цель которого формулируется таким образом: «Способствовать благополучию человечества по всему миру». Он упоминал о нескольких случаях в его жизни, когда он отдавал денег больше, чем оставлял себе. Джон Д. предпочитал совершать свои вклады анонимно или же настолько тихо, насколько это было возможно. Он всегда считал, что делать пожертвования с целью привлечь к себе внимание или же заработать известность, является грехом, и поэтому никогда не афишировал эту сторону своей жизни.

Устранив всех конкурентов, обойдя все законы, грозившие положить предел его неуемным амбициям, и обеспечив «Стандард Ойл» гегемонию в мировом масштабе, Джон Д. Джон Рокфеллер принял решение возложить все заботы о своей империи на сына, а самому всецело предаться двум хобби, которым до сих пор он не имел возможности посвятить ни секунды времени,—гольфу и филантропии.

Поскольку Джон Дэвидсон Рокфеллер никогда ничего не делал наполовину, то и хобби своими занялся с усердием, граничащим с исступлением. Начиная с 1900-го и вплоть до тридцатых годов, он, словно исполняя некий священный ритуал, ровно в десять в сопровождении двух слуг, несущих клюшки, выходил из своего дома в Покантико-Хилл и направлялся на площадку для гольфа, где неторопливо гонял мяч по зеленой траве. Что же до филантропии, то он ее поставил чуть ли не на промышленную основу. Под влиянием одного протестантского пастора, который, вовсе не желая читать мораль, объяснил Джону Д., какой вред может принести его детям reputation «акулы», прочно приставшая к их фамилии, Джон Дэвидсон Рокфеллер день ото дня становился все более щедрым филантропом; щедрость его в этой сфере была сравнима с алчностью, какую он проявлял в делах, а это, прямо скажем, немало.

Джон Рокфеллер уходил в отставку в два этапа. Первый этап начался с основанием Чикагского университета, отнявшего у него много физических сил. Тогда он значительно сократил часы своего пребывания в офисе, хотя его график по-прежнему оставался очень напряженным. Второй этап произошел после самого черного пятна в его бизнесе – бойни в Ладлоу.

В 1913 году компания Colorado Fuel and Iron Company, представляющая для Джона Рокфеллера большой коммерческий интерес, находилась под угрозой объединения в профсоюз. Профсоюзная организация United Mine Workers призывала рабочих начать забастовку, оставить ведомственное жилье и поселиться в палаточном городке. По примеру Карнеги в сталелитейной промышленности, Джон Дэвидсон Рокфеллер пригласил детективов и другие частные силовые структуры для оказания противостояния беспорядкам. Вечером в палаточном городке возник пожар, в результате которого погибли две женщины и одиннадцать детей. Мужчины начали бунтовать. Президент Вудро Уилсон (Woodrow Wilson) вынужден был отдать приказ федеральным войскам применить силу для восстановления порядка, в результате чего 75 человек были убиты. Джон Рокфеллер чрезвычайно болезненно переживал произошедшую трагедию.

Сын Джона Дэвидсона Рокфеллера, Джон Дж. младший, который успешно урегулировал это чрезвычайное происшествие, заслужил уважение многих людей в компаниях, ранее входивших в Standard Earth blood. Джон Д. официально ушел в отставку в 1914 году, передав управление Джону Рокфеллеру-младшему, который посвятил большую часть своей жизни восстановлению доброй репутации семьи Джон Дэвидсон Рокфеллер.

Джон Рокфеллер провел почти сорок лет своей жизни находясь на пенсии, но его не забывали в средствах массовой информации. В прессе часто появлялись карикатуры на него. С появлением киноиндустрии его стали показывать в короткометражных документальных фильмах, присутствующего на судебных заседаниях или общественных мероприятиях. Последние годы своей жизни Джон Дэвидсон Рокфеллер прожил один. Он поддерживал дружбу с Уиллом Роджерсом (Will Rogers), много играл в гольф и контролировал деятельность своих благотворительных фондов. Он полностью посвящал себя этим делам и мало интересовался бизнесом. Он чувствовал, что его работа в коммерческом мире выполнена.

Предпринимательская деятельность Джона Рокфеллера всегда считалась весьма успешной, однако появление автомобиля ввело его в финансовую элиту. Когда он находился у руля Standard Earthen oil, компания стабильно выплачивала ему дивиденды в размере 12% от выгоды, но когда он передал большую часть управления, его дивиденды стали расти, достигнув 33% к 1897 году. В 1896 году акции Standard Crude oil оценивались в 176 долларов за акцию, но в 1899 году произошел взрыв цен на акции компании до 458 долларов. Многие полагали, что индустрия достигла этапа стагнации или находится в опасности из-за электрического бума, вызванного возросшим спросом на бензин.

Джон Рокфеллер всегда относился к своему выгоде, как к чему-то предопределенному, и считал, что изобретение двигателя внутреннего сгорания, когда этого никто не ожидал, было лишь частью замысла Божьего.

Компания Standard Crude oil, безусловно, использовала сомнительную тактику в своей работе, предлагая взятки политикам, прибегая к финансовым угрозам, плетя тайные сговоры. В действительности, многие из этих тактик в той или иной форме живы и по сей день. Джон Рокфеллер придерживался метода, при котором все подобные действия совершались его фирмой без какого-либо прямого личного контакта с ним. Джон Д. всегда пытался дистанцироваться от подобных практик.

Изучая те времена и деятельность его современников, можно сказать, что его действия были вполне обычными для того времени.

Под конец жизни Джон Дэвидсон Рокфеллер раздал до полумиллиарда долларов, и всё же его единственный сын Рокфеллер-младший унаследовал 460 миллионов. Он тоже потратил около половины миллиарда на благотворительность, а кроме того дал деньги на строительство Центра Джона Дэвидсона Рокфеллера для индустрии связи в Нью-Йорке и пожертвовал 9 миллионов на строительство здания ООН (именно благодаря его помощи штаб-квартира ООН была построена в Нью-Йорке, а не в каком-либо другом городе мира). При всём этом шестерым детям он оставил 240 миллионов. Джон Рокфеллер-младший построил также знаменитый небоскрёб «Эмпайр-Стейт-Билдинг».

Неизвестный Джон Дэвидсон Рокфеллер

Существует феноменальное количество письменной информации о семье Джона Рокфеллера, но мало что из этого написано лично Джоном Д. Однажды Нельсон Джон Дэвидсон Рокфеллер захотел включить интервью с дедом в дипломную работу, но ему было отказано. Джон Д. написал в ответ, что он не заинтересован в обсуждении Standard Earthen oil с кем бы то ни было, включая Нельсона. Большинство мыслей Джона Дэвидсона Рокфеллера останутся навсегда неизвестными.

Ровно в 9.15 он появлялся в "Стандарт ойл", понемногу превращавшуюся в одну из крупнейших компаний страны. Высокая фигура, бледное, чисто выбритое лицо, в руках - зонтик и перчатки, на голове - белая шелковая шляпа, из манжет выглядывают черные ониксовые запонки с выгравированной на них буквой "R". Джон Рокфеллер тихо приветствует подчиненных, справляется об их здоровье и черной тенью просачивается в дверь своего кабинета. Он никогда не повышает голоса, никогда не нервничает, никогда не меняется в лице - вывести из себя его невозможно. Однажды к нему ворвался взбешенный подрядчик, который орал полчаса без перерыва. Все это время Джон Рокфеллер сидел уткнувшись в стол, а когда разъяренный, красный как рак толстяк выдохся, поднял невозмутимое лицо и тихо сказал: "Простите, пожалуйста, я не уловил, о чем вы говорили. Нельзя ли повторитьN.."

Он обедал в раз и навсегда установленное время: когда молоко с печеньем бывало съедено, хозяин "Стандарт ойл" совершал обход своих владений. Джон Дэвидсон Рокфеллер шел бесшумной размеренной походкой - определенное расстояние он всегда проходил за одно и то же время. Перед столами своих клерков Джон Дэвидсон Рокфеллер возникал как чертик из табакерки, сладко улыбался, спрашивал, как идет работа, и люди приходили в ужас. Джон Рокфеллер был хорошим хозяином - жалованье он платил выше, чем кто-либо другой, назначал отличные пенсии, выдавал больничные - но с теми, кто ему противоречил, разделывался безжалостно. Для подчиненных у него всегда находилось доброе слово, и все же они его смертельно боялись. Ужас, который он внушал, носил мистический характер - его собственный секретарь уверял, что никогда не видел, как Джон Рокфеллер входит и выходит из здания компании. Очевидно, он пользовался по тайными дверями и секретными коридорами (недоброжелатели поговаривали, что миллионер влетает в свою контору через дымоход). Пугал и его дом: спартанская обстановка, тихие голоса, немногословные, вымуштрованные дети. О том, как дружно здесь живут, знали лишь его обитатели.

Владелец "Стандарт ойл" учил детей музыке, плавал вместе с ними, бегал на коньках; если кто-нибудь из маленьких ночью хныкал, Джон Дэвидсон Рокфеллер тут же просыпался и мчался к его постели. Он никогда не ссорился с женой, трогательно заботился о матери. Элайза состарилась, начала болеть, и когда случался очередной приступ, Джон Рокфеллер бросал все дела, ехал к ней и сидел у ее постели, пока матушке не становилось лучше. (Зато двое детей его ушедшего на классовую борьбу брата умерли чуть ли не от голода, и тот забрал их тела из семейного склепа: "Не хочу, чтобы они лежали в земле этого монстра!" А уж в бизнесе он был совершенно безжалостен.

Поговаривали, что капитал Джона Дэвидсона Рокфеллера равняется пяти миллионам долларов. Это было не так - в восьмидесятые годы XIX века его компания оценивалась в $ 18 миллионов (современный эквивалент - $ 265 миллионов). Джон Дэвидсон Рокфеллер вошел в двадцатку самых богатых и могущественных людей страны и начал наступление на конкурентов: он заключил соглашение с железнодорожными королями, и те взвинтили тарифы на перевозки. Мелкие нефтяные компании разорялись, крупные капиталисты переуступали Джону Рокфеллеру свои пакеты акций: вскоре он стал монополией на нефтяном рынке и смог установить собственные, запредельные цены на нефть, которая в начале двадцатого века стала стратегическим продуктом. Началась дредноутная гонка: великие державы строили все больше огромных линейных кораблей, топливом для них служил добывавшийся из черного золота мазут. "Стандарт ойл" превратилась в транснациональную компанию, ее интересы распространились на весь земной шар, состояние Джона Рокфеллера исчислялось в десятках, а затем и сотнях миллионов долларов. На рубеже веков он был признан самым богатым человеком в мире: газеты писали, что состояние Джона Рокфеллера приблизилось к восьми с половиной миллиардам долларов. Его монополию называли "величайшей, мудрейшей и самой нечестной из всех, когда-либо существовавших".

Джон Дэвидсон Рокфеллер знал, что, богатея, он выполняет Божье предначертание - в протестантской этике достаток рассматривался как благословение свыше. Его сотрудники вспоминали, как во время одного из совещаний, где говорилось о невеселых перспективах компании (речь шла о том, что электрическое освещение вскоре вытеснит керосиновое), Джон Рокфеллер поднял руку к небу и торжественно произнес: "Господь позаботится!" И он позаботился - началась Первая мировая война, и все военные флоты перешли на нефть.

Согласно протестантской вере богатство не привилегия, а займ - часть того, что Джон Дэвидсон Рокфеллер зарабатывал, он принялся раздавать. Когда Джон Дэвисон начинал, его состояние исчислялось в тысячах долларов, и все деньги шли в дело. Теперь, когда у него были сотни миллионов, пришло время для богоугодной благотворительности. В месяц к Джону Дэвидсону Рокфеллеру приходили пятьдесят тысяч писем с просьбами о помощи - по мере возможности он на них отвечал и отправлял людям чеки. Он помог основать Чикагский университет, учреждал стипендии, выплачивал пенсии - все это оплачивал приобретатель, которого Джон Рокфеллер заставлял выкладывать за керосин и бензин столько, сколько было нужно "Стандарт ойл". Половина Америки мечтала выцыганить у Джона Дэвисона Джона Дэвидсона Рокфеллера побольше денег; другая половина была готова его линчевать. Джон Дэвидсон Рокфеллер старел; страсти, кипевшие вокруг, действовали ему на нервы. Порой он вздыхал: "Богатство - или великое благословение, или проклятие".

Воспитание детей тоже было обязательством: им предстояло унаследовать огромное состояние, а это было большой ответственностью. Джон Рокфеллер знал, что Божий дар нельзя пустить по вихревую бурю, и изо всех сил приучал детей к труду, скромности и непритязательности. Рокфеллер-младший позднее говорил, что в детстве деньги казались ему загадочной субстанцией: "Они были вездесущи и невидимы. Мы знали, что денег очень много, но знали также, что они недоступны". Для того, кого до восьми лет одевали в девчоночьи платья (Рокфеллеры донашивали друг за другом старые вещи, а второго мальчика у них не было), будущий миллиардер выразился чрезвычайно мягко.

Джон Дэвидсон Рокфеллер-старший создал дома макет рыночной экономики: он назначил дочь Лауру "генеральным директором" и велел детям вести подробные бухгалтерские книги. Каждый ребенок получал два цента за убитую муху, десять центов - за заточку одного карандаша и пять - за час занятий музыкой. День воздержания от конфет стоил два цента, каждый последующий день оценивался уже в десять центов. У каждого из детей была своя грядка в огороде - десять выдернутых сорняков стоили один пенни. Джон Рокфеллер-младший зарабатывал пятнадцать центов в час за колку дров, одна из дочерей получала деньги за то, что по вечерам обходила дом и гасила свет. За опоздание к завтраку маленьких Рокфеллеров штрафовали на один цент, они получали по одному кусочку сыра в день, а по воскресеньям им не позволяли читать ничего, кроме Библии.

Сетти ходила в собственноручно залатанных платьях и ни в чем не уступала мужу: расщедрившийся Джон Дэвидсон Рокфеллер собрался было купить детям по велосипеду, но жена сказала, что лишние велосипеды в доме не нужны: "Имея один велосипед на четверых, они научатся делиться друг с другом..."

Результаты такого воспитания были достаточно противоречивыми. Джон Рокфеллер-младший чуть было не зачах: когда мальчик подрос и зашла речь об университете, выяснилось, что он постоянно хворает и к тому же страдает разнообразными нервными расстройствами. На дворе стояла зима, но Джон тут же отправил сына в загородный дом: больной мальчик корчевал пни, жег кустарник и рубил дрова для печки - днем он работал до седьмого пота, а по ночам дрожал от холода. Джон выжил, окончил университет (карманных денег у него не было, и он постоянно стрелял у приятелей несколько долларов) и вошел в семейный бизнес. Отец сломал его волю: наследник навсегда остался его тенью, страдая от этого и тем не менее безропотно исполняя свой займ. Он мучился оттого, что был менее талантливым бизнесменом, чем отец, что четыре года боялся объясниться с любимой девушкой, что журналисты писали гадости про дорогого папу... Джонни-младшего спасла женитьба на Эбби Олдрих, веселой и обаятельной девушке, дочери сенатора от штата Нью-Йорк - ее отец был всем известным бонвиваном. Джон Рокфеллер собрался было устроить безалкогольную свадьбу, но отец невесты сказал, что скорее застрелится. Шампанское лилось рекой, и благочестивая Сетти, сказавшись больной, не пришла на это греховное действо... Эбби научила Джона-младшего радоваться жизни: он отбывал свой срок на работе и спешил домой - биржевые сводки наводили на него уныние, а среди детей он расцветал. (Впрочем, Джон воспитывал своих отпрысков так же, как воспитывали его. Несчастные внуки Джона Дэвисона Джона Дэвидсона Рокфеллера получали по десять центов за каждую пойманную мышь.)

Были и более существенные расхода воспитания: сестра Джона Бесси Джон Дэвидсон Рокфеллер сошла с ума и провела большую часть жизни в постели. (Она решила, что ее семья разорилась, и проводила время, латая старые платья.) Временами до нее доходило истинное положение вещей, и бедная женщина радостно сообщала медсестрам, что теперь у нее снова есть деньги на гостей. А Эдит Джон Дэвидсон Рокфеллер стала легендарной мотовкой. В 21 год она слегла в больницу с нервным расстройством, а затем вышла замуж за человека, который огорчил папу - Гарольд Маккормик отказался поклясться на Библии, что никогда в жизни не будет пить и не возьмет в руки карты. Маккормики тоже были миллионерами, они также воспитывали детей в строгости и приучали их помогать бедным: Гарольд и Эдит оказались прекрасной парой. Они пустили на циклон не один десяток миллионов - Эдит вывела родословную Рокфеллеров от французских аристократов Ларошфуко, обзавелась гербом, антикварной мебелью, коллекцией бриллиантов и затмила своими тратами расточительных Вандербильтов. Ей постоянно не хватало денег, и она была вынуждена жить в долг, но на одном из балов благородная дама появилась в платье, изготовленном из серебра высочайшей пробы. С отцом она предпочитала не встречаться - судя по всему, Эдит Джон Рокфеллер было перед ним стыдно.

И все же Джон Дэвисон Джон Дэвидсон Рокфеллер чувствовал себя прекрасно. Тяжелым ударом стала потеря любимой жены ("В моей жизни была единственная возлюбленная, и я счастлив, что обладал ею".), но он взял себя в руки и прожил почти до ста лет: такой срок Джон Рокфеллер поставил себе сам и не дотянул до него каких-то два года.

К этому времени Америка превратилось в страну автомобилей (а бензин, как известно, делается тоже из черного золота), и богатство Джона Рокфеллера увеличилось до совершенно фантастических размеров. Джон Дэвисон постарел, но оставался крепким и бодрым "Это компенсация за отказ от театров, клубов и легкомысленных развлечений, которые давным-давно подорвали здоровье многих моих знакомых".). Теперь он мог позволить себе то, чего был лишен в детстве: Джон Дэвидсон Рокфеллер увлекся спортом, выучился отлично играть в гольф и освоил гоночный велосипед. Старик ездил отпустив руль и держа над головой раскрытый зонтик; окружающие ахали, и тут он вскакивал обеими ногами на седло. Он полюбил женщин: во время автомобильных прогулок его обычно сопровождали две красивые спутницы - их колени были предусмотрительно прикрыты шалью, из-под которой Джон Рокфеллер не вынимал рук Под конец жизни он стал похож на людоеда.

Джон Дэвидсон Рокфеллер захворал алопецией, и у него выпали все волосы на теле. Без бровей, ресниц и усов он стал по-настоящему страшен: окружающие шарахались - казалось, что им навстречу шагает смерть. Дополнительную прелесть картинке придавало то, что Джон Рокфеллер пристрастился к парикам: в его коллекции были представлены все прически и все оттенки. К тому же он стал большим модником: теперь его любимый костюм состоял из желтой соломенной шляпы, синего шелкового пиджака и яркой японской жилетки, ансамбль завершали темные очки. В один прекрасный день Джона Рокфеллера не узнал собственный вицепрезидент, который давал обед в его честь "Что с тобой, Чарли? Я мистер Джон Рокфеллер!"). Журналисты намекали на то, что мультимиллионер впал в маразм, но это даже отдаленно не походило на правду.

С возрастом разум не изменил Джону Дэвидсону Рокфеллеру. Он железной рукой правил своей империей: одна только "Стандарт ойл" приносила три миллиона долларов ежегодно (сегодня они равнялись бы пятидесяти миллионам). Ему принадлежали шестнадцать железнодорожных и шесть сталелитейных компаний, девять фирм, торгующих недвижимым имуществом, шесть пароходств, девять банков и три апельсиновые рощи - и все это давало обильный денежный урожай. Но Джон Дэвидсон Рокфеллер не вникал в детали деловых операций: у него появилось более увлекательное занятие - он пытался переиграть смерть. Добившись всего, о чем мечтал, теперь он хотел дожить до ста лет: заветная дата была близка, и задача казалась выполнимой. Смерть представлялась ему таким же деловым партнером, как и все остальные, - ее тоже можно было обвести вокруг пальца. В 1935 году Джон Дэвидсон Рокфеллер отпраздновал свой девяносто шестой день рождения, и страховая компания прислала ему чек на пять миллионов долларов. Это был первый случай за всю историю фирмы - по статистике до такого возраста доживает только один человек из ста тысяч.

Доктора прописывали Джону Рокфеллеру диету, и он с удовольствием ее соблюдал. Они назначали дозированные физические нагрузки, и он вяло крутил педали велотренажера, слушая проповеди по радио. До ста лет Джон Дэвисон Джон Рокфеллер недотянул совсем немного: 23 мая 1937 года он умер от сердечного приступа.

Накануне они болтали с Генри Фордом: расшалившийся Джон Рокфеллер назначил собеседнику встречу в раю. Форд хихикнул и ответил, что уж там-то они не встретятся. О том, где сейчас беседуют Джон Дэвидсон Рокфеллер и Форд, знает один Бог (или черт - если они числятся по его ведомству), но империя Джона Дэвидсона Рокфеллера процветает.

Его воспитательная метода прокатилась по потомству Рокфеллеров, как паровой каток: тем, кто сумел ее выдержать, уже ничего не страшно. Невропаты, моты и аутсайдеры выпали в осадок (Уинтроп, любимый рокфеллеровский внук, озверев от домашней муштры, махнул на все рукой и подался на нефтепромыслы в Аризону, где жил на семьдесят пять центов в день). Но те, кто сумел принять эти правила игры, приумножили семейное состояние. Маленькие Рокфеллеры до сих пор маются без карманных денег; чуть повзрослев, они сшибают у однокурсников десятки, чтобы сводить девушку в кино. Потом папы дают отмашку - и потомство всеми конечностями вцепляется в семейный бизнес: по относительной величине совокупного капитала семейство Рокфеллеров до сих пор считается самым богатым в США. Двумстам наследникам старого Джона Рокфеллера принадлежит состояние, оцениваемое в шесть с лишним миллиардов долларов. Среди них есть бывший кандидат в президенты США, бывшая нонконформистка, боровшаяся за права бедняков, ученые, банкиры и бывшие плейбои. Глядя на этот сплоченный, скрытный, поглощенный делом клан с облака (или с раскаленной сковороды), Джон Дэвисон Джон Рокфеллер-старший должен радоваться и удовлетворенно потирать руки. Он хотел прожить сто лет, а стал бессмертен - в десятках банков, нефтяных компаний и брокерских фирм сидят такие же, как он, Рокфеллеры: тихие, добродетельные, поджарые, готовые на все...

В 1937 г. состояние Джона Д. Джона Дэвидсона Рокфеллера перевалило за полтора миллиарда долларов. Несмотря на свои девяносто семь лет, он отличался превосходным здоровьем и надеялся дожить до ста. Выходил он, укутанный в плотную одежду, придававшую ему вид мумии, отчего его легко узнавали журналисты, которых он терпеть не мог, опасаясь их навязчивости и нескромности.

23 мая 1937 г. Америка узнала, что в Ормонд-Бич во Флориде скончался человек, которого привычно называли «анаконда», «гиена тропиков», «колорадский шакал», «кливлендский спрут», «амазонский крокодил». Она искренне оплакивала его.

Джон Дэвидсон Рокфеллер при жизни вызывал как восхищение, так и ненависть своих соотечественников. Причисляемое к списку Великих Баронов-Разбойников, имя Джона Рокфеллера, приобретшее весьма негативную коннотацию в начале века, сменилось достаточно позитивной к концу столетия. История Джона Д. Джона Дэвидсона Рокфеллера может без преувеличения считаться историей американской нефтяной индустрии.

Источники

ВикиПедия – свободная энциклопедия

Онлайн энциклопедия Кругосвет

Фурсенко А.А. "Династия Рокфеллеров" 1970 г.

Chernow, Ron. Titan: The Life of John D. John Davison Rockefeller, Sr.. New York: Random House; (1998)

Опубликовано на forexAW.com: Воскресенье, 10 Январь, 2010 года — 09:55.

Последнее редактирование: Пятница, 22 Январь, 2010 года — 12:55.