Демократия (Democracy) - это

Понятие демократии, возникновение и формы демократии



Информация о понятии демократии, возникновение и формы демократии, развитие и принципы демократии

Содержание

    Термин “демократия” происходит от греческого слова demokratia, состоявшего в свою очередь из двух слов: demos - народ и kratos - власть, правление.

    Термин “демократия” используется в нескольких значениях:

    1. Форма правления, при которой политические решения принимают непосредственно все без исключения граждане, действующие в соответствии с правилами правления большинства, называется прямой демократией или демократией участия.

    2. Форма правления, при которой граждане осуществляют свое право принять решение не лично, а через своих представителей, избранных ими и ответственные перед ними, называется представительной или плюралистической демократией.

    3. Форма правления, при которой власть большинства реализуется в рамках конституционных ограничений, имеющих своей целью гарантировать меньшинству условия для осуществления определенных индивидуальных или коллективных прав, таких, например, как свобода слова, вероисповедания и т. д., называется либеральной или конституционной демократией.

    4. Форма правления, при которой любая политическая или социальная система, независимо от того, является ли она действительно демократической или нет, ставит своей целью свести к минимуму социальные и экономические различия, в особенности, вызванные неравным распределением частной собственности, называется социальной демократией, крайним выражением которой является социалистическая демократия.

    Демократия (от греч. Demokratia – власть народа) – форма правления государством, отличающаяся участием граждан в управлении, их равенством перед законом, предоставлением личности политических прав и свобод. Формой реализации демократии чаще всего выступает республика или парламентарная монархия с разделением и взаимодействием властей, с развитой системой народного представительства.

    Первоначально понятие демократии было выдвинуто древнегреческими мыслителями. В классификации государств, предложенной Аристотелем, оно выражало “правление всех”, в отличие от аристократии (правление избранных) и монархии (правлении одного). Пифагор обвинял демократов. Он назвал одним из “бичей, угрожающих человечеству” демократию. Древнегреческий драматург Арисфан с нескрываемым презрением относился к демократии.

    Перикл писал:” у нас государственный строй таков, что не подражает чужим законам; скорее мы сами служим примером для других. И называется наш строй демократией ввиду того, что сообразуется не с меньшинством, а с интересами большинства; по законам в частных спорах все пользуются одинаковыми правами; не бывает также и того, чтобы человек, способный принести пользу государству, лишен был к тому возможности, не пользуясь достаточным уважением вследствие бедности. Мы живем свободными гражданами как в государственной жизни, так и во взаимных отношениях, потому что мы не высказываем недоверия друг к другу в повседневных делах, не возмущаемся против другого, если ему нравится что- нибудь делать по-своему … Мы особенно боимся противозакония в общественных делах, повинуемся лицам, стоящим в данное время у власти, и законам, особенно тем из них которые созданы в интересах обиженных. Богатством мы пользуемся скорее как условием для работы, чем как предметом для хвастовства; что же касается бедности, то ре сознание в ней позорно для человека, - позорнее не прилагать труда, чтобы выйти из нее.”

    На протяжении истории к идее демократии, основанной на принципах свободы и равенства, обращались лучшие умы человечества, обогащая и развивая это понятие: Перикл (Древняя Греция),

    Б.Спиноза (Нидерланды, XVII в.),

    Ж.-Ж.Руссо (Франция, ХУIII в.),

    Т. Джефферсон (США, XVIII в.),

    И.Франко (Украина, к. XIX — н. XX в.),

    А.Сахаров (Россия, XX в.) и др.

    Каждая историческая эпоха вносила свои признаки в понятие демократии и расставляла свои акценты на их значимости.

    Определение демократии

    Что же такое “демократия”?

    Когда античные мыслители, в особенности такие “столпы” как Платон и Аристотель, отвечали на этот вопрос, они имели в виду прежде всего демократию, как форму правления. Они различали формы правления в зависимости от того, правит ли один, немногие или весь народ и устанавливали три основных состояния: монархию, аристократию и демократию. Однако и Платон, и Аристотель каждую форму правления связывали с известной формой общественной жизни, с некоторыми более глубокими условиями общественного развития.

    Европейский гуманизм внес значительные “осложнения” в “простоту” греческих определений. Древний мир знал только непосредственную демократию, к которой народ (рабы, разумеется, за народ не считались) сам правит государством через общее народное собрание. Понятие демократии совпало здесь с понятием демократической формы правления, с понятием непосредственного “народоправства”. Хотя Руссо также воспроизводил это греческое словоупотребление, однако именно он создал теоретическое обоснование более широкому пониманию демократии, которое утвердилось в наше время. Он допускал, что с верховенством народа могут быть совместимы различные формы государственной власти - и демократическая, и аристократическая, и монархическая. Тем самым он открыл путь для нового понимания демократии как формы государства, в котором верховная власть принадлежит народу, а формы правления могут быть разные. Сам Руссо считал демократию возможной только в виде непосредственного “народоуправства”, соединяющего законодательство с исполнением. Те формы государства, в которых народ оставляет за собой только верховную законодательную власть, а исполнение передает монарху или ограниченному кругу лиц, он признавал законными с точки зрения “народного суверенитета”, но не называл их демократическими.

    Позднее понятие демократии было распространено на все формы государства, в котором народу принадлежит верховенство в установлении власти и контроль над нею. При этом допускалось, что свою верховную власть народ может проявлять как непосредственно, так и через представителей. В соответствии с этим демократия определяется прежде всего как форма государства, в которой верховенство принадлежит общей воле народа. Это есть самоуправление народа, без его различия на “черных и белых”, “пролетариев и буржуазию”, т.е. всей массы народа в совокупности. Следовательно, демократической идее одинаково противоречит всякое классовое господство, всякое искусственное возвышение одного человека над другим, какими бы людьми они ни были. Таким образом, классовая демократическая теория, воспринятая большевиками, являлась противоречием самой себе.

    В этом смысле современная политическая мысль пришла к гораздо более сложному представлению о демократии, чем то, которое встречается в античности. Но в другом отношении она не только подтвердила, но и закрепила греческое понимание существа демократии. Выдвинув в качестве общего идеала государственного развития идеал правового государства, мы зачастую рассматриваем демократию как одну из форм правового государства. А так как с идеей правового государства неразрывно связано представление не только об основах власти, но и о правах граждан, правах свободы, то древнее определение демократии как формы свободной жизни здесь органически связывается с самим существом демократии, как формы правового государства.

    С этой точки зрения демократия означает возможно полную свободу личности, свободу ее исканий, свободу состязания мнений и систем. Если Платон существо демократии усматривал в том, что каждый человек получает здесь возможность жить, в соответствии со своими желаниями, то это определение как нельзя лучше подходит к современному пониманию демократии. И сейчас идее демократии соответствует возможно полное и свободное проявление человеческой индивидуальности, открытость для любых направлений и проявлений творчества и т.п. И хотя практически демократия представляет собой управление большинства, но, как метко сказал Рузвельт, “лучшим свидетельством любви к свободе является то положение, в которое ставится меньшинство. Каждый человек должен иметь одинаковую с другими возможность проявить свою сущность”.

    Многие ученые называют демократию свободным правлением (free government). Это еще раз показывает, в какой мере понятие свободы неразрывно сочетается с представлением о демократической форме государства и, казалось бы, исчерпывает его.

    Однако, не упомянув о свойственном демократии стремлении к равенству, мы могли бы упустить из виду один из наиболее важных признаков демократической идеи. Де Токвиль отмечал, что демократия более стремится к равенству, чем к свободе: “люди хотят равенства в свободе, и, если не могут ее получить, они хотят его также и в рабстве”.

    С точки зрения моральной и политической между равенством и свободой существует наибольшее соотношение. Мы требуем для человека свободы в первую очередь для полного и беспрепятственного проявления его личности, а так как последняя является неотъемлемым “атрибутом” каждого человека, то мы требуем в отношении ко всем людям равенства. Демократия ставит своей целью обеспечить не только свободу, но и равенство. В этом стремлении к всеобщему равенству демократическая идея проявляется не меньше, чем в стремлении к всеобщему освобождению. Тезис Руссо о всеобщей воле народа как основы государства в демократической теории неразрывно связывается с началами равенства и свободы и никак не может быть от них отделен. Участие всего народа, всей совокупности его дееспособных элементов, в образовании “всеобщей воли” вытекает как из идеи равенства, так и из идеи свободы.

    Демократические режимы можно охарактеризовать следующими признаками: признание народа в качестве источника власти; выбор­ность основных органов власти и должностных лиц, их подчинен­ность избирателям; подконтрольность государственных органов, фор­мируемых путем назначения, выборным учреждениям и ответствен­ность перед ними; признание фактического равноправия граждан; провозглашение основных демократических прав и свобод; легаль­ное существование плюрализма в обществе; государственное устрой­ство по принципу “разделение властей”; равенство всех граждан перед законом.

    Исходя из вышеперечисленных основных принципов демократиче­ского режима, необходимо более подробно остановиться на его ха­рактерных чертах.

    1. Демократический режим выражает интересы классов и групп населения, которые успешно развиваются в условиях высокоразви­той рыночной экономики. Социальная база, так или иначе заинте­ресованная в демократическом режиме, всегда шире, чем при авто­ритарном. Вместе с тем так называемая правящая элита в демокра­тическом обществе, в руках которой сосредоточены рычаги управле­ния государством, может быть очень немногочисленной. При этом плюрализм форм собственности является экономической основой по­литического плюрализма и самого демократического режима. Поли­тический плюрализм подразумевает, что жизнь в демократическом обществе строится на основе конкуренции и взаимовлияния различ­ных политических сил, действующих в рамках законов.

    Признаками политического плюрализма выступают: наличие многопартийной системы, в рамках которой каждая политическая пар­тия равноправна и не имеет законодательно закрепленных преиму­ществ перед оппонентами; регулярное проведение свободных выбо­ров, обеспечивающих легитимизацию власти и позволяющих изби­рателям вынести свой вердикт; признание прав политической оппо­зиции на свободное выражение своих взглядов и убеждений через средства массовой информации.

    2. При демократическом режиме на первый план наряду с плюра­лизмом выступает либерализм, который предусматривает расшире­ние прав и свобод граждан.

    Либерализм предполагает обеспечение демократических свобод и прав личности, ограничение вмешательства государства и общест­ва в деятельность частных лиц, суверенных субъектов. Он ставит права и свободы человека выше национальных, классовых и рели­гиозных интересов, ориентирован на сохранение механизма рыноч­ного хозяйства, многопартийную систему, ограниченную регулирую­щую роль государства, умеренный социальный реформизм, обеспе­чение международной безопасности и развитие интеграционных про­цессов.

    3. функционирование политической системы при демократическом режиме государственного управления строится на основе разделения властей—законодательной, исполнительной и судебной. Эти орга­ны власти.как бы взаимоуравновешивают друг друга, и ни один из них не может узурпировать власть в государстве.

    Демократическая система государственного управления предус­матривает формирование основных органов государства путем сво­бодных выборов—парламента, главы государства, органов местно­го самоуправления, автономных образований, субъектов федерации.

    Взятые в комплексе разделение властей, система сдержек и противовесов, федеративные, партийные, общественные и информа­ционные структуры в условиях гласности могут через механизмы го­сударственной власти способствовать проведению, в рамках консти­туционной законности мирного конструктивного диалога различных политических сил, созданию политической стабильности в обществе.

    4. Для демократического режима характерны весьма широкое конституционное и иное законодательное закрепление и осуществле­ние на практике довольно обширного перечня экономических, соци­альных, политических, духовных, личных прав и свобод граждан. Важную роль в этом играет конституционная законность, представ­ленная институтом конституционного надзора, который в современ­ных условиях не может игнорировать общественное мнение и инте­ресы широких слоев населения.

    5. В любом, даже самом либеральном обществе имеются силовые органы — это армия, органы внутренних дел, полиция, разведка, контрразведка, органы госбезопасности. Наличие и полномочия это­го разветвленного и многообразного аппарата принуждения и на­силия закреплены в конституциях и специальных законах. На случаи необходимости подавления массовых выступлений во многих стра­нах имеются законы о чрезвычайном положении, комендантском ча­се, президентском правлении, которые приводят к временному огра­ничению прав и свобод граждан.

    6. Демократический режим может успешно функционировать лишь при наличии определенного уровня политической культуры. Это означает, что все граждане соблюдают единые для всех нормы (правовые, конституционные) с учетом тех или иных традиций, присущих данной стране. От уровня и типа политической культуры во многом зависят характер власти, ее формы, отношение к рядо­вым гражданам, способы насилия и подавления, применяемые в чрезвычайных ситуациях. В структуре политической культуры выде­ляются познавательный, нравственно-оценочный и поведенческий эле­менты. Так, например, поведенческий элемент политической культуры в условиях демократического режима предполагает осознанное уча­стие граждан в политической жизни страны: при обсуждении про­ектов государственных документов и актов; при проведении рефе­рендумов и плебисцитов; в выборах законодательной, исполни­тельной и судебной власти; в работе различных государственных и общественных органов и ряде других кампаний общественно-поли­тической деятельности.

    7. В зависимости от того, кто—народ или его представители— непосредственно осуществляет властные функции демократического режима, различают две формы демократии—прямую (непосредст­венную) и представительную (демократию участия). К прямой де­мократии относятся политические режимы в древнем Новгороде и ряде городов-государств в современной Западной Европе. Для них характерно непосредственное участие в принятии важных государ­ственных решений. При представительной демократии широкие слои населения выбирают в органы власти своих представителей, участву­ют в референдумах, конференциях, собраниях и т. п.

    История демократии

    Демократия имеет длительную историю, и ее можно рассматривать как результат развития западной цивилизации, особенно греческого и римского наследия, с одной стороны, и иудео-христианской традиции - с другой.

    Прямая демократия представляет собой одну из самых очевидных форм организации политического общества. Ее можно обнаружить в примитивных обществах периода родового строя. В западной политической традиции возникновение идеи демократии ассоциируется с городами-государствами Древней Греции.

    Платон и Аристотель в своих изысканиях по созданию систематической теории политики характеризовали демократию как одну из пяти или шести главных типов правления.

    Греческую историю в период ее расцвета можно рассматривать как историю борьбы между демократическими и олигархическими государствами, наиболее ярко выраженными представителями которых выступали Афины и Спарта. Древнегреческая демократия во многих своих аспектах существенно отличалась от демократии наших дней. Она представляла собой прежде всего систему прямого правления, при которой весь народ, а точнее, совокупность свободных граждан, являлся как бы коллективным законодателем и в которой не была известна система представительства. Такое положение стало возможным в силу ограниченных размеров древнегреческого государства, которое охватывало город и прилегающую к нему сельскую территорию с населением, как правило, не более 10 тысяч граждан.

    В древних демократических городах-государствах каждый гражданин был наделен правом участвовать в принятии решений, касающихся его жизни и деятельности. Значительная часть граждан в течении своей жизни так или иначе занимала один из множества существовавших в городе-государстве выборных постов. Не было разделения между законодательной и исполнительной властями - обе ветви сосредотачивались в руках активных граждан. Политическая жизнь характеризовалась значительной активностью граждан, которые живо интересовались всеми сторонами и аспектами процесса управления. Прямая демократия такого рода оценивалась многими мыслителями Нового времени как идеальная форма. Референдум и гражданскую инициативу, сохранившиеся в Конституциях ряда стран (Швейцария), можно рассматривать как элементы прямой демократии, унаследованные представительной демократией от прошлого.

    Другое важное различие между античной демократией и современной состоит в трактовке равенства. Античная демократия не только была совместима с рабством, но и предполагала его в качестве условия освобождения от физической работы свободных граждан, которые посвящали себя решению общественных проблем. Современные демократии не признают в политической сфере различий и привилегий, основанных на социальном происхождении, классе, расе и роле.

    Различают демократическую теорию и демократические институты. Начиная с античности, демократия претерпела существенные изменения. В средние века, отчасти в результате открытия как бы заново Аристотеля, возрос интерес к вопросам, касающимся принципов наиболее совершенных по представлениям того периода форм правления. Высказывались утверждения, что совершенной может быть лишь та форма правления, которая служит общему благу и основана на согласии всех членов сообщества. Но вместе с тем в средние века большинство мыслителей, озабоченных проблемой достижения единства общества, не рассматривали монархию, как лучшую форму, пригодную для обеспечения этого единства. Однако в Новое время в контексте формирования идей свободы личности, гражданского общества, народного суверенитета, национального государства и т. д. взамен феодальных хартий и вольностей возникают законодательные механизмы ограничения единоличной власти монархов. Так, в ХVI веке в Великобритании в ходе борьбы между парламентом и короной были приняты “Петиция о Правах” (1628),

    “Хабеас корпус акт” (1679),

    “Билль о правах” (1689),

    в которых были зафиксированы писаные юридически правовые гарантии, устанавливающие более или менее точно очерченные пределы власти. Эта тенденция получила дальнейшее развитие в “Декларации независимости и Конституции США,

    в Декларации прав человека и гражданина” Великой французской революции конца XVIII века.

    Основополагающее значение для формирования и утверждения демократии имела возникшая в Новое время идея о прирожденных, неотчуждаемых правах каждого человека на жизнь, свободу и частную собственность. Неразрывная взаимосвязь этой триады выражается в убеждении, что частная собственность - основа индивидуальной свободы, которая в свою очередь рассматривается в качестве необходимого условия самореализации отдельного индивида, выполнения главного предназначения его жизни. Несомненно, необходимым условием демократии в любых ее формах является политическая свобода. Но она не может быть соответствующим образом реализована там, где нет реального выбора в социальной и экономической сферах, где велико социальное неравенство. Свобода как идеал в условиях демократии всегда соотносится с принципом справедливости. Там, где социальное неравенство способствует подрыву принципа справедливости, необходима та или иная система перераспределения материальных благ. Как показывает мировой опыт, рыночная система и свободная конкуренция обеспечивают наилучшие условия и возможности для роста производительности и стимулирования индивидуальной инициативы. Но при этом неудачливые и непривилегированные также должны пользоваться материальными благами, они не должны оставаться на обочине общественной жизни. С этой точки зрения противоречие между требованиями социальной справедливости и императивами экономической эффективности остается как бы неразрешимой дилеммой современного индустриального общества. Но, тем не менее, по мере развития капитализма в конце XIX - XX века принципы индивидуализма свободного рынка значительно модифицировались, роль государства в жизни общества возросла. Основополагающее значение, начиная с Великого экономического кризиса 30-х годов, получила система кейнсианства, построенная на постулате об идеологической, политической и социально-экономической недостаточности индивидуализма, свободной конкуренции, свободного рынка и т. д. и необходимости усиления роли государства в важнейших сферах жизни общества.

    За государством была признана функция регулятора экономических и социальных процессов. В противовес концепции государства - “ночного сторожа” была выдвинута концепция государства благосостояния. Она основывается на идее необходимости и возможности преодоления социальных конфликтов путем создания с помощью государственного вмешательства сносных условий жизни для всех слоев общества посредством реализации программ социальной помощи низкодоходным и неимущим категориям населения, принятия мер, направленных на решение проблем безработицы, здравоохранения и т. д. Сторонники идеи государства благосостояния исходят из того, что рынок сам по себе не способен обеспечить такое распределение материальных благ, которое гарантировало бы малообеспеченным слоям населения необходимый минимум благ и услуг. Более того, они рассматривают политическую власть в качестве важного элемента корректировки социальных издержек рынка. Они постулируют равную значимость экономической и социальной сфер и необходимость органического соединения свободно-рыночных отношений с социальной политикой государства, сочетания рыночных принципов с социальными принципами, гуманизация рынка посредством разработки и реализации государством системы социальной политики, направленной на гарантирование минимального жизненного уровня непривилегированным слоям населения. Главную цель сторонники государства благосостояния усматривали и усматривают в том, чтобы добиться синтеза экономической свободы, социальной защищенности и справедливости.

    Другими словами в государстве благосостояния политические права дополняются социальными правами, предусматривающими предоставление всем членам общества принятого в нем минимума материальных благ. Вводится принцип социальной ответственности как частных корпораций, так и государства. Социальные программы становятся неотъемлемой частью правового государства, которое приобретает форму государства благосостояния. На этой основе происходит расширение функций государства, во многом дополняющих, а в ряде случаев и заменяющих функции институтов гражданского общества. Изменяющиеся границы и трактовки государства благосостояния определяются не просто решениями политических руководителей, а фундаментальными структурными изменениями современного индустриального общества. Поэтому его следует рассматривать как центральный структурный элемент современной демократии.

    Универсальные свойства демократии

    Специфика и уникальность демократического устройства власти выражаются в наличии у нее универсальных способов и механизмов организации политического порядка. В частности, такая политическая система предполагает:

    - обеспечение равного права всех граждан на ее участие в управлении делами общества и государства;

    - систематическую выборность основных органов власти;

    - наличие механизмов, обеспечивающих относительное преимущество большинства и уважение прав меньшинства;

    - абсолютный приоритет правовых методов отправления и смены власти (конституционализм);

    - профессиональный характер правления элит;

    - контроль общественности за принятием важнейших политических решений;

    - идеальный плюрализм и конкуренцию мнений.

    Действие таких всеобщих способов формирования власти предполагает наделение управляющих и управляемых особыми павами и полномочиями, важнейшие из которых связаны с действием механизмов прямой, плебисцитарной и представительной демократии.

    Так, прямая демократия предполагает непосредственное участие граждан в процессе подготовки, обсуждения, принятия и реализации решений. В основном такие формы участия используются тогда, когда от граждан не требуется какой-либо специальной подготовки. Например, такие формы участия во власти широко распространены при решении вопросов местного значения, проблем, возникающих в рамках самоуправления, урегулирования локальных конфликтов.

    Близка по значению к данной форме власти плебисцитарная демократия, которая также предполагает открытое волеизъявление населения, но связана только с определенной фазой подготовки решений, например, одобрением (поддержкой) или отрицанием вынесенного руководителями государства или группой граждан проекта закона или какого-то конкретного решения. При этом результаты голосования не всегда имеют обязательные, правовые последствия для структур, принимающих решения, т. е. могут только учитываться правящими кругами, но отнюдь не предопределять их действия.

    Представительная демократия является более сложной формой политического участия граждан. Она предполагает опосредованное включение граждан в процесс принятия решений через их представителей, выбираемых ими в законодательные или исполнительные органы власти, либо различные посреднические структуры (партии, профсоюзы, движения). Эти механизмы в основном и составляют структуру демократического правления. Однако главная проблема представительной демократии связана с обеспечением репрезентативности политического выбора, т. е. с созданием условий, при которых выбор тех или иных лиц соответствовал бы настроениям и интересам населения. (5, 275).

    Греция

    Наше нынешнее понятие “страна”, подразумевающее некую местность, на территории которой в едином государстве, управляемом единым правительством, проживает все ее население, неприменимо к античной Греции. Наоборот, она представляла собой конгломерат нескольких сотен независимых городков, окруженных сельскохозяйственными угодьями. В отличие от так называемых национальных государств - США, Франции, Японии и других стран, которые по большей части и образуют структуру современного мира, располагавшиеся на территории Греции суверенные государства были городами-государствами. Самым знаменитым из них и в классическую, и в более позднюю эпоху были Афины. В 507 году до н. э. его граждане применили систему “народных правительств”, просуществовавшую почти два столетия, до той поры, пока Афины не были покорены более могущественной Македонией, граничившей с ними на севере (после 321 года до н. э. афинское правительство на несколько поколений освободилось из-под ее власти, а затем город был вновь покорен - на этот раз римлянами).

    Именно греки (вероятнее всего, афиняне) ввели в обиход термин “демократия”. Судя по всему, термин демократия, носивший оттенок недоброжелательности, употреблялся аристократами как эмоционально окрашенный эпитет и выражал презрение к простолюдинам, которые сумели оттеснить аристократов от управления государством. Так ли иначе, афиняне и другие греческие племена применяли понятие demokratia по отношению к системе власти в Афинах и во многих других городах-государствах.

    Среди всех греческих демократий афинская демократия была самой значительной, и тогда, и теперь наиболее известной, она оказала большое влияние на политическую философию и впоследствии часто рассматривалась как совершенный образец участия граждан в управлении государством, т. е. иными словами, являлась примером представительной демократии.

    Система власти в Афинах представляла собой сложную структуру - центральное место в ней отводилось так называемому собранию, в работе которого должны были принимать участие все граждане. Собрание избирало несколько главных должностных лиц, например, военачальников. Но основным способом выбора граждан для исполнения прочих общественных обязанностей был жребий, и все обладающие избирательными правами граждане имели равные шансы быть избранными на тот или иной пост. По некоторым оценкам, рядовой гражданин, по крайней мере, один раз в жизни имел возможность получить по жребию высшую должность в государстве.

    Хотя порою греческие города объединялись, образуя некий прототип представительного правительства, руководившего деятельностью разнообразных конфедераций, лиг, союзов, которые создавались, прежде всего, для организации коллективной обороны, об этих представительных системах известно мало. Они в буквальном смысле не оставили никакого следа в истории демократических идей и процедур и не повлияли на образование более поздних форм представительной демократии, точно так же как афинская система назначения граждан на те или иные посты по жребию не использовалась в дальнейшем в качестве альтернативы выборам.

    Таким образом, политические институты греческой демократии, являвшиеся для своего времени новацией, остались незамеченными в ходе развития современной представительной системы.

    Рим

    Примерно в тоже время, когда в Греции возникла система “народных правительств”, такая же система правления появляется и на Аппенинском полуострове, в Риме. Впрочем, граждане Рима предпочли назвать ее республикой (по-латыни res означает “дело”, “вещь”, а publicus -“общее”), т. е. в широком смысле - нечто, принадлежащее народу.

    Поначалу право участия в управлении республикой принадлежало лишь патрициям или аристократам. Однако в ходе развития общества и после ожесточенной борьбы и простолюдины (в Риме их называли плебсом) добились для себя такого же права. Как и в Афинах, право участия предоставлялось только мужчинам, и это ограничение сохранилось во всех последующих видах демократий и республик вплоть до XX века.

    Зародившись поначалу в городе довольно скромных размеров, Римская республика путем аннексий и завоеваний распространилась далеко за его пределы и в результате стала править всей Италией и другими странами. Более того, республика часто предоставляла высоко ценившееся римское гражданство народам покоренных ею стран, и те, таким образом, становились не просто подданными, а римскими гражданами, в полной мере наделенными соответствующими правами и привилегиями.

    Каким бы мудрым и великодушным ни был этот дар, в нем был очень серьезный недостаток: Рим никогда не мог в полной мере привести свои институты народовластия в соответствие с постоянно возрастающей численность своих граждан и с фактором их географической удаленности от центра республики. С современной точки зрения более чем нелепо выглядит тот факт, что собрания, на которых римским гражданам было предписано участвовать, происходили, как и прежде, в самом Риме - на том самом, ныне разрушенном Форуме, куда в наши дни водят туристов. Однако большинство римских граждан, живших на широко раскинувшейся территории республики, не имели возможности присутствовать на этих народных собраниях, ибо Рим был слишком далеко и путешествие туда становилось возможным в лучшем случае ценой непомерных усилий и расходов. Как следствие, все более увеличивающийся, а под конец подавляющее число граждан были практически лишены возможности участвовать в народных собраниях, местом проведения которых оставался центр римского государства.

    Хота римляне зарекомендовали себя людьми творческими и практическими, выборный характер замещения важных государственных должностей не привел к решению, которое выглядело вполне очевидным и заключалось в создании эффективной системы представительного правления, основанной на деятельности демократически избранных представителей народа.

    Хотя Римская республика просуществовала значительно дольше, чем афинская демократия и чем любая современная демократия, однако, начиная приблизительно со 130 года до н. э. ее подтачивали гражданские распри, войны, милитаризация, коррупция и упадок того непреклонного гражданского духа, которым прежде гордились римляне. Установление диктатуры Юлия Цезаря положило конец истинным демократическим процедурам - от них почти ничего не осталось. А после убийства Цезаря в 44 году до н. э. республика, которой некогда управляли граждане, превратилась в империю, покорную воли своего владыки.

    С падением республики в Риме “народные правительства” полностью исчезли в Южной Европе. О демократии, если не считать того, что она оставалась политической системой немногочисленных, разбросанных по территории Италии племен, забыли почти на тысячу лет. (4, 17).

    Средние века

    Падение Западной Римской империи под натиском варваров, в культурном отношении стоявших неизмеримо ниже, положило конец всей эпохе античной цивилизации. Более чем на тысячу лет Европа погрузилась в средневековье. Казалось бы, очевидны катастрофа и глубочайший исторический регресс. Обрыв непрерывности.

    Кстати, сам термин «средние века» принадлежит итальянским гуманистам XV–XVI веков, которые рассматривали и оценивали эту эпоху именно как промежуточную между двумя великими европейскими цивилизациями – античной и новой, начавшейся с Возрождения.

    Политико-правовые достижения и находки античности, как и духовные ценности античного мира в целом, были утрачены. В этом отношении европейская цивилизация оказалась отброшенной далеко назад, и новым народам, вышедшим на историческую арену, предстояло совершить свой виток развития от племенной организации и примитивных протогосударств к централизованным национальным государствам и абсолютным монархиям порога Нового времени.

    Крушение античного мира было закономерностью исторического процесса и в этом смысле не нуждается ни в осуждении, ни в одобрении, а только в констатации. Да и сама античная цивилизация эпохи упадка и крушения была уже бесконечно далека от собственных демократических институтов и открытий. Не из-за натиска варваров, а вследствие противоречий собственного развития.

    Конечно, говорить о средневековой демократии можно только с большой долей условности, серьезного прогресса в становлении демократических институтов мы не обнаружим, но это вовсе не означает, что ничего из опыта средневековья не было востребовано впоследствии.

    «Средневековье в целом» обсуждать со строго научных позиций трудно – тысяча, все-таки, лет. Эта эпоха не была ни единой, ни статичной. Напротив, шло активное накопление тех идей, противоречий, отношений, сословных конфликтов, мини-революций и проч., которые и привели в конечном счете к Новому времени и без которых современная цивилизация состояться бы не могла.

    В истории европейского средневековья наука выделяет несколько сменявших друг друга форм государственного устройства, неизвестных античности. Их эволюция вовсе не является предметом нашего внимания. Нас интересуют те институты, которые стали некоторым шагом в развитии форм государственной демократической организации. Однако несколько слов об этой эволюции и общих чертах всей средневековой цивилизации сказать все же необходимо

    Примерно до середины IX века в Европе происходило образование и утверждение раннефеодальных монархий, при которых вокруг королевской власти при поддержке церкви и крестьян-общинников сплачивался формирующийся класс феодальных земельных собственников. Яркий пример – история государства франков.

    Развитие и укрепление земельной собственности класса феодалов, возникновение крепостной зависимости крестьян повлекло резкую политическую децентрализацию, феодальную раздробленность. Европа IX–XIII веков представляла собой конгломерат мини-государств – поместий и владений. Отношения между земельными собственниками строились на основе системы обычаев и договоров, сложилась многоуровневая феодальная иерархия отношений сюзеренов-сеньоров и вассалов. Средневековое государство этой эпохи приняло форму сеньориальной монархии.

    В XIII–XV веках произошло окончательное формирование феодальных сословий со своими несовпадающими интересами, сложились условия и потребность в некоторой консолидации государств на национальной основе. В борьбе с феодальной вольницей и анархией королевская власть стала опираться на сословия и вырабатывать механизмы разрешения конфликтов не путем войн, а путем компромисса интересов. Произошло становление сословно-представительных монархий.

    Наконец, на излете средневековья, в XVI–XVII веках, старые формы правления уже не отвечали потребностям сложившихся национальных государств и взрывному экономическому росту. Объективная потребность в укреплении централизованной власти приводила к резкому усилению роли монарха и государственного аппарата – бюрократии, полиции. Власть окончательно оторвалась от общества, и сословно-представительная монархия сменилась монархией абсолютной. Крушение абсолютизма стало концом средневековья и началом Нового времени.

    За всей этой исторической последовательностью стояла борьба сословий и борьба внутри самого сословия феодалов. Это один из внутренних конфликтов эпохи, но не единственный.

    Прежде всего отметим, что европейское средневековье ни в какой своей грани не может быть понято без уяснения роли, которую играло христианство в эту эпоху. Речь идет не только о безусловной гегемонии церкви в духовной жизни средневекового общества – от философии и астрономии до бытовой обрядности и режима питания. Нет! В XI–XII веках церковь превращается в мощную политическую организацию и реально претендует на руководство всем христианским миром. Причем власть римского папы была экстерриториальной, вся Европа в XIII веке превратилась, по существу, в теократическую монархию: даже возведение на престол монархов осуществлялось актом папы, и любого монарха он мог отлучить от церкви. Вся история средневековья представляет собой симбиоз и одновременно конфликт церкви и королевской власти, который иногда принимал формы кровавых войн.

    Интересно писал об этом великий русский правовед Г.Ф.Шершеневич: «Миросозерцание средних веков характеризуется стремлением к освобождению от земных уз, перенесением своих идеалов в загробную жизнь. Однако в этой погоне за духовной свободой человек незаметно для самого себя оказался совершенно связанным земными цепями церкви и лишился того именно сокровища, ради которого пренебрег всем остальным. Он не мог верить, как хотел, а должен был верить, как его заставляли. Церковь овладевает человеком при помощи государства, которое она обращает в средство для утверждения своей власти. Государство и церковь сливаются в одно, нормы права совпадают с религиозными канонами...»

    Наконец, еще одна линия разлома и конфликта, важного и характерного для зрелого средневековья, – противостояние города и власти феодалов. По всем особенностям экономического существования, концентрации образования и культуры, цеховой организации населения, боровшегося и добивавшегося личной независимости от феодала, средневековые города выполняли роль «бродильного сусла» эпохи. Это были островки ограниченной, но очевидной свободы в несвободной феодальной организации Европы.

    Некоторые из этих городов вели свою историю еще с античных времен, и хотя говорить о сохранении античных традиций в средневековых городах оснований нет, тем не менее именно в городах накапливался тот интеллектуальный и экономический потенциал, который взломал средневековье изнутри. Истоки Возрождения – в городской культуре, выступавшей проводником ценностей античной демократии.

    Сама история средневековых городов крайне драматична и интересна – это история борьбы за самоуправление и независимость. И некоторые города их добивались. Западноевропейское средневековье в целом не знает республиканских форм правления, но в некоторых городах Италии устанавливались именно республики. Таковы Венеция, Генуя, Падуя, блистательная Флоренция. Казалось, происходило воскрешение античного города-государства, но это были уже иные города и иные государства иной эпохи. И дальнейшее развитие демократии пошло не по линии городов-государств.

    Главное, что принесло средневековье в области демократических институтов, это сословно-представительная организация власти. Роль ее не следует преувеличивать, но и преуменьшать тоже.

    Во Франции таким органом были Генеральные штаты, впервые созванные королем Филиппом IV Красивым в 1302 году. Высшее духовенство и крупнейшие феодалы приглашались к участию в Генеральных штатах лично; со временем утвердилась практика выбора в Штаты представителей от мелкого и среднего дворянства, церквей, конвентов монастырей и городов (по два-три депутата).

    Не так важно, что полномочия Генеральных штатов были в целом не очень значительны и почти все вопросы – от регулярности созыва до повестки дня – определялись королем, который мог выяснять мнение депутатов по законопроектам, а мог и не выяснять. Но уже только в Генеральных штатах король получал разрешение на введение новых налогов, только там мог обратиться к сословиям за помощью и т.д.

    Еще интереснее и – главное – важнее по своим последствиям было введение сословного представительства в средневековой Англии. Эта мини-революция относится к XIII веку.

    В те времена в Англии довольно значительной и быстро растущей была прослойка лично свободных крестьян, городских ремесленников, интересы которых в части противостояния произволу центральной королевской власти большей частью совпадали с интересами мелких феодалов и рыцарства. Их роль и влияние возрастали, но ни в каких государственно-правовых формах это не отражалось. В начале века противостояние с королевской властью резко обострилось, движение возглавили крупные бароны, и в 1215 году король Иоанн Безземельный вынужден был пойти на компромисс и подписал Великую хартию вольностей – первый документ неписаной английской конституции.

    По своей сути Хартия есть договор, закрепивший компромисс между королевской властью и оппозицией. Разумеется, наибольшую выгоду от этого соглашения получили крупные феодалы, но не только они – кое-что перепало и рыцарству, и городам, за которыми были закреплены древние вольности и обычаи, и купечеству, получившему свободу передвижения и торговли без незаконных пошлин.

    Много статей Хартии было посвящено правосудию, запрету ареста и заключения в тюрьму, лишения владения и объявления вне закона иначе, как по законному приговору равных и по закону страны.

    Вскоре после подписания Хартии король отказался ее соблюдать, но затем она была вновь и вновь подтверждена и продолжала действовать. Хартия не создала представительных учреждений, но стала важным шагом на этом пути.

    К концу того же XIII века для королевской власти стало очевидным, что жизненно необходим политический компромисс с основными сословиями – феодалами и горожанами, взаимоувязывание политических и экономических интересов. Это могло быть обеспечено сословным представительством, и в 1295 году создается британский парламент. Первоначально в него вошли крупные светские и церковные феодалы, приглашенные лично, и по два представителя от каждого из 37 графств и каждого из городов.

    До середины XIV века сословия заседали вместе, позже крупные феодалы выделились в отдельную палату – палату лордов, а представители рыцарства, городов и рядового духовенства составили палату общин.

    Полномочия парламента менялись и развивались, и постепенно за ним закрепились три важнейшие функции: участвовать в издании законов, регулировать налоги и контролировать действия высших государственных должностных лиц, выступая в случае необходимости даже в качестве особого судебного органа. В конце XIV века оформилась парламентская процедура импичмента – выдвижения палатой общин перед палатой лордов обвинения в злоупотреблении властью королевских должностных лиц.

    В XIII же веке при короле сформировался ближайший круг советников, сосредоточивший в своих руках исполнительную и судебную власть, – Королевский совет, в который обычно входили канцлер, судьи, министериалы (министры) и казначей. Прообраз правительства, отделенного от парламента, просматривается в этой конструкции совершенно отчетливо.

    Однако довольно описаний: в наши задачи не входит подробное изложение системы власти ни в Англии, ни где бы то ни было, — нам интересны в первую очередь «типовые портреты» новых демократических институтов. Что же нового принесли органы сословного представительства?

    Во-первых, это были органы компромисса, межсословных договоренностей, согласования интересов. Конечно, они возникали и действовали в условиях ожесточенной борьбы, но давали возможность не силового преодоления конфликта путем подавления одного из участников, а опосредуемого договорами политического решения через специально созданные институты. С точки зрения методов разрешения политических противоречий, в этом – суть и смысл демократии, ее дух.

    Во-вторых, как мы уже упоминали, важнейшим недостатком и проявлением неразвитости античной демократии являлось то, что она была формой непосредственной демократии. Представительной демократии античность не знала. Институты сословного представительства, рожденные средневековьем, создавались на совершенно иных принципах – принципах представительства от основных групп населения (сословий). Совершался переход от непосредственной к представительной демократии. Новая складывающаяся цивилизация строилась уже не на полисной государственности, а на неизмеримо более сложной основе обширных национальных государств, управление которыми требовало иных форм и методов.

    Разумеется, это была средневековая демократия, и говорить о ее представительном характере можно только условно. Да и демократией в буквальном смысле – народовластием – средневековую демократию назвать нельзя, поскольку реально она не выражала интересов большинства населения и не обеспечивала его власть. Все это так, и все же европейские парламенты, как одна из основ демократии, выросли не из афинского народного собрания, а из сословного представительства.

    Позже во всей Западной Европе сословно-представительные монархии сменились абсолютными, что отражало логику экономического и социального развития, требующего жесткой централизации власти, устранения феодальных перегородок, но это никак не перечеркивает значение самого принципа представительной демократии, рожденного средними веками.

    Есть идеи, без которых нельзя понять институты, возникшие куда как позже этих самых идей. Мы не будем говорить о «католических политологах», поскольку очень немногое из их наследия осталось жить в последующих скептических веках. Есть, однако, имя, которое нельзя миновать. Речь идет о Марсилии Падуанском (ок.1275 – ок.1343). Его огромный труд «Защитник мира» предвосхитил многие идеи, лежащие в основе более поздних идеологем и институтов. В эпоху безраздельной гегемонии церкви Марсилий настаивал на отделении церкви от государства и подчинении ее государственной светской власти. Его представления о происхождении государства очень напоминают аристотелевы, но Марсилий идет гораздо дальше.

    Действительным источником власти Марсилий считал народ. Не весь, конечно, но лучший, к каковому он относил священников, военных и чиновников, заботящихся не о собственном благе, а о благе общем, чем Марсилий и отличал их от торговцев, земледельцев и ремесленников, озабоченных меркантильными интересами.

    Так вот, не монарх, а народ является, по Марсилию, носителем суверенитета (верховной власти) и верховным законодателем. Марсилий предложил и механизм реализации этого суверенитета – через наиболее достойных людей, избираемых народом. Причем издаваемые законы одинаково обязательны как для народа, так и для тех, кто их издает.

    Основываясь на опыте итальянских средневековых городов-республик, Марсилий чрезвычайно важным принципом считал выборность должностных лиц всех рангов, включая монархов, так как полагал, что выборность лучше института престолонаследия.

    Марсилий четко разделял законодательную и исполнительную власть, отдавая бесспорное преимущество первой, которая должна определять условия деятельности исполнительной власти. И пусть конкретная форма государства будет любой, лишь бы способствовала осуществлению воли народа-законодателя.

    Многие идеи Марсилия получили развитие несколько столетий спустя и легли в основу представлений о демократии.

    Стержнем Возрождения, возникшего в северо-итальянских городах-республиках, стало утверждение гуманистической культуры и антисхоластического мышления, секуляризация (освобождение от влияния религии) общественного сознания и общественных институтов. Появлялись качественно новые социально-философские воззрения: самоценность, автономия и свобода личности, уважение ее достоинства, право самому решать свою судьбу. Эти идеи были несовместимы с сословной организацией общества и сословной предопределенностью статуса личности – краеугольными камнями средневековья. Личная доблесть, талант, активность, служение общему благу выдвигались на первое место. Соответственно, и в политологических воззрениях стали утверждаться принципы республиканского правления, равенства граждан; получила новое развитие идея общественного договора.

    Реформация начиналась как религиозное движение (прежде всего в Германии и Швейцарии) против непомерных притязаний римской папской курии. Но объективно это было также движение антифеодальное, антисословное, способствовавшее утверждению нового буржуазного строя.

    Как уже упоминалось, принципиально новых демократических институтов ни Возрождение, ни Реформация не создали. Более того, иногда утверждение «реформаторской» государственности вело к усилению тотального гнета, всеобщей слежки, богоугодного доносительства и яростной религиозной нетерпимости, как, например, в Женевской консистории, которой в 1541–1564 годах фактически руководил один из идеологов Реформации Жан Кальвин. Но это не отменяет главного – направленность Реформации была антифеодальной.

    Тогда же – на излете средневековья – в труде великого французского политического мыслителя Жана Бодена (1530-1596) «Шесть книг о республике» была подробно разработана теория государственного суверенитета, который «кроется в совокупности свободных и разумных существ, составляющих народ». Интеллектуально Боден принадлежал уже Новому времени, и именно в Новое время обрели воплощение многие идеи, рожденные более двух тысяч лет назад.

    Основные теории демократии

    Поиском лучшего государственного строя занимались мыслители разных народов мира, которые за два с половиной тысячелетия создали немало теорий демократии. Каждая эпоха, каждое государство вносили новизну и своеобразие в трактовку демократии. И сегодня наблюдается новое видение содержания демократии. Рассмотрим самые основные и современные теории демократии: пролетарскую (социалистическую), плюралистическую, партисипаторную, корпоративную, элитарную.

    Пролетарская (социалистическая) теория демократии

    Пролетарская (социалистическая) теория основывалась на марксистском классовом подходе. Она возникла в XIX в. как антитеза буржуазной (либеральной) демократии, которая на первый план ставила гражданскую свободу, т.е. полную независимость личной жизни индивида от политической власти, от государства, призванного лишь гарантировать, обеспечивать свободу личности.

    Согласно пролетарской теории (К.Маркс, Ф.Энгельс, В.И.Ленин) демократия и свобода предусматриваются только для «трудящихся масс», прежде всего для пролетариата.

    В центре внимания поставлена политическая свобода, а о гражданской свободе нет и речи. Провозглашалась диктатура одного класса - пролетариата в отношении другого - буржуазии, союз рабочего класса и крестьянства, направленный против свергнутых эксплуататорских классов.

    Акцентировалось внимание на руководящей роли рабочего класса. Пролетарская теория игнорировала общегражданский консенсус и развивала классовую конфронтацию.

    Полное отрицание частной собственности, и, следовательно, всякой автономии личности, подмена народа рабочим классом в пролетарской теории была развита в программных документах КПСС. В них акцентировалось внимание на ведущей роли коммунистической партии как авангарда рабочего класса, руководящего процессом перехода к полной демократии - коммунистическому самоуправлению. Отрицался фундаментальный принцип разделения властей, без которого невозможно народовластие. Был отброшен принцип экономического, идеологического и политического плюрализма. «Марксистско-ленинская» партия рассматривалась как государственная структура, а не как общественная организация. В действительности рекламируемое «социалистическое народовластие» допускало демократию только в узких рамках, которые определялись высшим партийно-государственным руководством, концентрирующим в своих руках всю реальную власть.

    Социалистическая демократия:

    I. Концепция руководства КПСС, в соответствии с которой политическое устройство СССР и коммунистических стран - сателлитов СССР является образцом подлинной демократии, качественно расширяющей участие народа в управлении делами общества по сравнению с “формальной”, “ограниченной”, буржуазной демократией в капиталистических странах.

    Идеологи КПСС утверждали, что установление общественной собственности на все средства производства при социализме позволяет поставить под контроль народа не только государство, но и экономику и культуру. Декларировалось, что при социалистической демократии наряду с традиционными институтами представительной демократии развиваются и формы непосредственной демократии (деятельность общественных организаций, система народного контроля, всенародное обсуждение проектов важнейших законов, референдумы и т. д.), а права и свободы граждан не только провозглашаются (как в капиталистических странах), но и гарантируются.

    Особый акцент делается на том, что социалистическая демократия включает в себя не только традиционные политические права и свободы, но и социально-экономические права (право на труд, образование, жилье, здравоохранение). Основные принципы социалистической демократии были закреплены в Конституциях СССР 1936 и 1977 года. Создателем концепции социалистической демократии фактически является И. В. Сталин, в основе ее лежало учение В. И. Ленина о диктатуре пролетариата в форме современной власти как о максимуме демократизма для рабочих и крестьян. Основные постулаты концепции социалистической демократии (“социалистического демократизма”) были сформулированы Сталиным в докладе “О проекте Конституции союза ССР” на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде советов 25 ноября 1936 года. Советский лидер утверждал, что буржуазная демократия не заботиться о возможностях осуществления формально зафиксированных в конституциях прав граждан, в то время как советская демократия благодаря общественной собственности на все средства производства предоставляет материальные средства для их реализации. Сталин отрицал существование политического равенства в капиталистических странах на том основании, что не может быть действительного равенства между эксплуататором и эксплуатируемым; в то же время, заявлял он, ликвидация эксплуатации в СССР реально обеспечивает равенство прав граждан.

    Согласно Сталину, демократия в капиталистических странах есть демократия “для имущего меньшинства”, “демократия в СССР… есть демократия для трудящихся, т. е. демократия для всех”, а “Конституция СССР является единственной в маре до конца демократической конституцией”. Эти принципы провозглашались руководством КПСС и в постсталинскую эпоху. Однако следует отметить, что Сталин рассматривал в качестве высшей формы демократии диктатуру пролетариата (пролетарскую демократию); в принятой же при Н. С. Хрущеве в 1961 году Программе КПСС указывалось, что диктатура пролетариата выполнила свою историческую миссию, пролетарская демократия превратилась во всенародную социалистическую демократию. В реальности современный режим имел тоталитарный характер, а доктрина и институты социальной демократии использовались для маскировки монополии на власть партийной бюрократии. Безальтернативные выборы в СССР и других коммунистических странах носили характер фарса и использовались как инструмент массовой легитимизации режима, советы были фактически бессильным придатком партии - государства, конституционные права и свободы оставались лишь на бумаге и постоянно нарушались на практике, отсутствовало равенство граждан перед законом и судом. Относительно реальными были лишь социально-экономические права.

    II. Форма политической организации социалистического общества в представлении теоретиков левых некоммунистических сил Запада (социал-демократов и неомарксистов), а также некоторых коммунистов в коммунистических партиях Западной и Восточной Европы. Согласно концепции социалистической демократии, демократия в социалистическом обществе должна распространяться не только на сферу политики (как при буржуазной демократии), но и на экономику, работу, культуру. Это станет возможным благодаря установлению общественной собственности на все или большую часть средств производства, что позволит преодолеть ограничения демократии, связанные с частной собственностью и злоупотреблениями собственниками своей властью. Социалистическая демократия является не отрицанием буржуазной демократии, но ее расширением и распространением на все сферы человеческой деятельности, что позволит предоставить людям качественно большую свободу, чем та, которую предоставляет буржуазная демократия в условиях капитализма.

    Сторонники этой концепции критиковали “реальный социализм” в СССР и других коммунистических странах, указывая на дефицит в них демократии, на тоталитарный характер их политических систем. По мнению сторонников социалистической демократии, современное общество станет подлинно социалистическим лишь после дополнения его демократией, т. е. прежде всего после ликвидации монополии на власть коммунистической партии и установления политического и идеологического плюрализма.

    Так, австомарксист О. Бауэр писал в 1936 году, что противоречие между демократическим социализмом Запада и революционным социализмом Востока “будет устранено в тот день, когда современная диктатура станет на путь своего решительного преобразования в социалистическую демократию”. Это преобразование, по Бауэру, предлагало демократизацию современного государства и экономики, установление контроля трудящихся над бюрократией, ее доходами привилегиями. К преобразованию современного тоталитаризма в систему социалистической демократии социал-демократические лидеры и идеологи признавали и позднее. Эта концепция социалистической демократии была воспринята реформистскими коммунистами (в современной терминологии - “правыми ревизионистами”) в Восточной Европе после смерти Сталина в 1953 году и разоблачения его преступлений в 1956 году. В 1968 году она активно использовалась сторонниками демократического социализма в Чехословакии. Так, известный деятель “пражской весны” философ И. Свитак считал необходимой замену тоталитарной диктатуры социалистической демократией без отказа от социалистических завоеваний, в особенности - от общественной собственности на средства производства. Чехословацкие реформисты полагали, что диктатура пролетариата, являющаяся не демократией, но неизбежной на первой стадии строительства социализма, в ЧССР выполнила вою историческую задачу, поэтому актуальным стал переход ко второй стадии социализма - всенародной демократии или социалистической демократии (очевидно отличие этой концепции от официальной советской трактовки, фактически ставившей знак равенства между социальной демократией и диктатурой пролетариата). Социалистическая демократия, по мнению М. Йодла, М. Кусы, И. Свитака и других реформаторов, предполагала политический и идеологический плюрализм, право на оппозицию, отделение коммунистической партии Чехословакии от государства. Близкие к этим идеям концепции социалистической демократии на Западе развивали коммунистические теоретики Э. Фишер (исключен из компартии Австрии в 1969 году) и Р. Гароди (исключен из Французской компартии в 1970 году), впоследствии - еврокоммунисты. (1, 332).

    Теория «плюралистической демократии»

    Теория «плюралистической демократии» была наиболее влиятельной в 60-70 гг. XX в. (Р. Аллен, Р. Даль, М. Дюверже, Р. Дарендорф, Д. Рисмен), хотя термин «плюрализм» введен в политический оборот в 1915 г. английским социалистом Г. Ласки. Согласно этой теории классы в современном буржуазном обществе исчезли.

    Современное буржуазное общество состоит из разных взаимодействующих «страт» - слоев. Они возникают в результате общности тех или иных интересов (профессиональных, возрастных, материальных, духовых, религиозных и др.). Поскольку эти интересы не антагонистичны, то и отношения между стратами лишены антагонизма.

    При всей стройности теория «плюралистической демократии» имеет внутренние противоречия и слабые места. Прежде всего, нереальной является установка на объединение всего населения в «группы давления», на их равенство во влиянии. Хотя желаемым провозглашается привлечение как можно большего количества граждан в «группы давления», большинство из них обречено на пассивность в политическом процессе.

    В конце 70-х - 80-е гг. XX в., в связи с падением популярности теории «плюралистической демократии», некоторые ее прежние сторонники (Г.Парсонс, Р.Даль) перешли на позиции теории элитарной демократии.

    Демократии, которые характерны для большинства западноевропейских стран, исходят из того, что главными субъектами политики являются не индивиды и не народ, а различные группы людей. При этом считается, что только с помощью группы личность получает возможность политического выражения и защиты своих интересов. И именно в группе, а также в процессе межгрупповых отношений формируются интересы и мотивы политической деятельности индивида. Народ же рассматривается как сложное, внутренне противоречивое образование, и он поэтому не может выступать главным субъектом политики. В плюралистических демократиях основное внимание уделяется созданию такого механизма политического взаимодействия, который обеспечивал бы возможность всем гражданам открыто выражать и отстаивать свои интересы. Доминирующая роль в этом механизме отводится независимым группам политического влияния. Здесь действует множество группировок - партий, общественных объединений и движений, - стремящихся участвовать в реализации власти или оказывать влияние на деятельность правящей группы. Важное значение придается также обеспечению баланса интересов различных социальных групп, созданию противовесов узурпации власти наиболее могущественными общественными группами или большинством граждан.

    Теория элитарной демократии

    Теория элитарной демократии возникла в 70-80 гг. XX в. на основе соединения элементов теории элит и теории «плюралистической демократии» (С.Келлер, О.Штаммер, Д.Рисмен).

    Ранняя теория элит («элита» - лучшее, отборное, избранное), разрабатывалась В.Парето, Г.Моска, Р.Михельсом (конец XIX – н. XX в.). Её основное положение - у власти находятся два класса: властвующие (элита) и подвластные (народ, трудящиеся). Не имея ничего общего с демократическими теориями, ранняя теория элит отрицала способность масс к управлению. Исключение составляет допущение Г.Моска об обновлении элиты за счет наиболее способных к управлению из числа активных низших слоев общества. Но это отнюдь не свидетельствует о демократической позиции теории раннего элитаризма. Её идеологи были убеждены в том, что правящий класс концентрирует руководство политической жизнью страны в своих руках, а вмешательство непросвещенного народа в политику может только дестабилизировать или разрушить сложившиеся общественно-политические структуры.

    До второй мировой войны центр пропаганды элитаризма находился в Европе, США были ее «периферией» (труды Моска, Парето, Михельса стали переводить там только в 30-е гг. XX в.). После войны этот центр переместился в США. Образовалось несколько элитарных школ. Если сравнить американскую и западноевропейскую теории элит, можно обнаружить, что первая более эмпирична, в ней преобладают интерпретации элиты с точки зрения структуры власти и социально-политических влияний. Для второй характерна «ценностная» интерпретация элиты.

    Таким образом, теория элитарной демократии исходит из понимания демократии как свободного соперничества претендентов за голоса избирателей, как формы правления элит, более или менее подконтрольных народу особенно во время выборов. Суть концепции элитарной демократии заключается в идее плюрализма элит, «вырастающих» на основе взаимодействия общественных групп. Идея плюрализма элит противопоставляется идее власти в руках одной элиты.

    Теория партисипаторной демократии

    Теория партисипаторной демократии (демократии участия) (Дж. Вольф, К. Макферсон, Дж. Менсбридж) опирается на реформистские концепции неолибералов и социал-демократов. В целом оставаясь на позициях приверженности институтам и ценностям либерально-демократической модели общества., сторонники теории демократии участия негативно относятся к теориям плюралистической и элитарной демократии. Они ставят своей задачей достичь более действенной свободы и равенства, чем это есть в действительности и чем это записано в других либерально-демократических концепциях. Отвергая взгляды о неспособности масс к конструктивным политическим действиям, сторонники демократии участия ведут активный поиск каналов эффективного вовлечения граждан в процесс принятия политических решений. В качестве стимулирования политической активности низших слоев общества предлагается поднятие их общего образовательного уровня, приобщение к основам политической культуры.

    Сторонники теории партисияаторной демократии полагают, что можно избежать избрания легальным путем тиранического правления вследствие некомпетентности большинства народа. Для этого не обязательно исключать из политического процесса народные массы.

    Демократия участия представляет собой смешанную форму - сочетание прямой и представительной демократии – организо-ванную как «пирамидальная система» с прямой демократией в основе и демократией делегатов на каждом последующем уровне начиная с основы.

    Таким образом, теория партисипаторной демократии обосновывает необходимость широкого непосредственного участия граждан как в принятии жизненно важных решений, так и в их подготовке и осуществлении, т.е. во всем политическом процессе.

    Теория корпоративной демократии

    Теория корпоративной демократии является одной из распространенных. Она возникла одновременно с появлением организаций бизнеса и рабочего класса, которые защищали интересы не отдельных предпринимателей или рабочих, а корпоративные интересы всех членов соответствующих организаций. Демократия представляется как институциональный механизм для выработки политики, государственных решений с помощью представителей политической элиты страны и лидеров ограниченного числа рабочих организаций, т.е. элиты бизнеса и профсоюзов.

    Эта теория рассматривает демократию как согласительное, неконкурентное правление руководителей корпораций, наемных работников и предпринимателей, а также партий. При этом корпорации имеют право представлять всех работников той или иной отрасли. Государство, в их трактовке, выступает в роли арбитра. Теория корпоративной демократии имеет точки соприкосновения с теорией «плюралистической демократии». И та, и другая признают наличие центра силы вне органов государственной власти. Однако если первая утверждает, что конкурирующие «группы давления» влияют на выработку государственной политики, то корпоративисты исходят из того, что только ограниченное количество групп - не конкурирующих, иерархически организованных, находящихся под контролем государства, могут влиять на формирование и проведение политики. Сторонники данной теории ставят на место конкуренции элит консенсусные методы принятия решений.

    Теория корпоративной демократии нашла практическое применение в регулировании социальных отношений (оплата и охрана труда, социальное обеспечение и др.). Однако ее положения не могут быть распространены на всю деятельность государства, так как ущемляют права индивида в пользу крупных корпораций, бюрократии.

    Считается, что корпоративная теория ближе к теории элитарной демократии и может рассматриваться как ее разновидность.

    Либеральные, или индуалистические демократии

    Они исходят из приоритета прав личности над правами государства. Поэтому они первостепенное внимание уделяют созданию институциональных, правовых и иных гарантий для индивидуальной свободы, предотвращающих любое подавление личности властью. В этих целях либеральные демократии стремятся создавать механизмы, позволяющие обеспечивать права индивида за счет ограничения власти большинства. Сфера деятельности государства здесь сводиться, главным образом, к охране общественного порядка, обеспечению безопасности и юридической защите прав граждан. Важное значение при такой форме демократии придается разделению властей, совершенствованию механизмов их взаимного сдерживания и уравновешивания с целью предотвращения злоупотреблений властью, создания условий для проявления автономии личности.

    Следует отметить, что либеральные демократии в действительности есть весьма редкое явление. К такой форме демократии тяготеют, например, Соединенные Штаты Америки. Однако и здесь попытки ее осуществления в “чистом” виде постоянно наталкиваются на необходимость преодоления противоречий между индивидуальными, групповыми и общими интересами. Современное государство призвано выступать не только гарантом индивидуальных прав и свобод, но и регулировать экономические и социальные процессы с целью гармонизации интересов различных общественных групп.

    Коллективистские демократии

    Они известны также под названием Народные демократии, напротив, исходят из того, что именно народ как целостность, а не отдельные индивиды или группы людей обладает неделимым и неотчуждаемом правом устанавливать законы и определять деятельность правительства. Коллективистские демократии, так или иначе, признают приоритет народа или отождествляемого с ним крупного социального субъекта (например, рабочего класса, коренной этнической общности) в выражении общей воли и осуществлении власти. Такие демократии фактически исходят из однородности народа как социального субъекта, непогрешимости его воли, и поэтому они абсолютизируют принцип подчинения меньшинства большинству, а также отрицают автономию личности. Попытки осуществить коллективистскую демократию в “чистом” виде приводили на деле к правлению от имени “народа” узкой группы лиц, к подавлению политических прав и гражданских свобод, к жестоким репрессиям против иного инакомыслия. Опыт их реализации в ряде стран показывает, что власть народа не может быть реальной без одновременного признания и институционально-правового закрепления личности в качестве важнейшего субъекта политики.

    Прямые или плебисцитарные демократии

    Они исходят из того, что сам народ должен принимать важнейшие политические решения, а представительные органы власти следует свести к минимуму и сделать полностью подконтрольными гражданам. При тенденции развития в стране прямой демократии, как это имеет место, например, в Швейцарии, постоянно расширяется круг вопросов, решаемых непосредственно гражданами. Это и принятие важнейших законодательных актов, и выбор политических решений стратегического характера, и принятие решений местного значения. Нетрудно видеть, что плебисцитарная демократия позволяет развивать политическую активность граждан, обеспечивать прочную легитимность власти, осуществлять эффективный контроль за деятельностью институтов государства и должностных лиц.

    Представительные, или репрезентативные демократии

    Они, напротив, исходят из того, сто воля народа может выражаться не только непосредственно им самим во время голосований, но и его представителями в органах власти.

    При таком подходе демократия понимается как компетентное и ответственное перед народом представительное управление. Участие граждан в принятии политических решений при этом в целом не отвергается, но оно ограничивается весьма узким кругом вопросов. Достаточно точное определение сути представительной демократии дал немецкий политолог Р. Дарендорф. “Демократия, - считает он, - не “правление народа”, такого на свете просто не бывает. Демократия - это правительство, избираемое народом, а если необходимо - то народом и смещаемое; кроме того, демократия - это правительство со своим собственным курсом”. При рассматриваемой форме демократии отношения между народом и его представителями строятся на основе доверия и контроля в форме периодически проводимых выборов, Конституционного ограничения компетенций органов власти и должностных лиц при их полной независимости в пределах закона. (6, 124).

    Первобытная демократия

    Демократические формы организации уходят корнами в глубокое, еще догосударственное прошлое - в родовой строй. Они возникают вместе с появлением самого человека. Некоторые ученые-этнографы утверждают, что демократия - один из важнейших факторов антропогенеза, появления всего рода человеческого, поскольку она стимулировала развитие равноправного общения людей, их самосознания и свободного мышления, индивидуальной ответственности и личного достоинства. Как свидетельствуют этнографические исследования, недемократические формы организации, основанные на строгой иерархии и подчинении, жестком индивидуальном закреплении управленческих и исполнительных ролей по образцу муравейника или пчелиного роя, заводило развитие наших предков в тупик.

    Через родовые формы демократии прошли все народы. Их типичный пример - организация управления у американских индейцев - ирокезов. Все взрослые мужчины и женщины этого рода обладали равным правом голоса при выборе и смещении своих высших руководителей - старейшины (сахема) и вождя (военного предводителя). Высшей властью в роде являлся совет - собрание всех его взрослых представителей. Он избирал и смещал сахемов и вождей, решал вопросы войны и мира, принятия в свой род посторонних.

    Род выступал демократической единицей более сложной организации - союза фратрий - братства нескольких особенно близких друг другу по территории, общению, родственным и иным связям родов, которые при сохранении автономии имели общий совет как высший орган власти. Несколько фратрий составляли племя. Им руководил совет племени, состоявший из сахемов и военных вождей всех родов. Заседания этого совета проходили открыто, при участии в обсуждении любых членов племени, которые, однако, не имели права голосования. Решения на таких советах обычно принимались по принципу единогласия.

    У отдельных, а затем и у большинства племен существовали верховные вожди, выбираемые из сахемов или военачальников. Их полномочия были ограничены. Некоторые из племен заключали союзы, руководили которыми советы союза, состоявшие из сахемов и вождей.

    Подобные формы демократии существовали у древних греков, германцев и других народов. Всюду родовая демократия основывалась на кровнородственных связях, общей собственности, низкой плотности и относительной немногочисленности населения, примитивном производстве. Она не знала четкого разделения управленческого и исполнительского разделения труда, не имела специального аппарата управления и принуждения. Функции власти были ограничены. Основная сфера отношений между людьми регулировалась обычаями и табу. Власть советов и вождей (старейшин) держалась на моральном авторитете и поддержке соплеменников. Это была достаточно примитивная, догосударственная демократия, или общинное самоуправление.

    С развитием производства и общественного разделения труда, ростом населения, появлением частной собственности и углублением социального неравенства первобытная демократия была подорвана и уступила место авторитарным (монархическим, аристократическим, олигархическим или тираническим) формам правления. Однако даже в авторитарных государствах на протяжении многих веков, а в отдельных странах и до наших дней сохранились некоторые традиционные демократические формы организации, особенно общинное самоуправление. Традиции первобытной демократии оказали большое влияние на появление демократических государств в Древней Греции и Риме..

    Античная демократия

    Одна из форм политической организации античного государства (полиса). Природа и сущностные черты античной демократии точнее всего раскрываются через ее определение как демократии полисной. Античный полис являл собою единство политических, гражданских и религиозных общин; в нем отсутствовало разделение государства и церкви, государства и гражданского общества, политических и военных организаций, прав и обязанностей гражданина. В основе существования общины лежала коллективная собственность на землю. Доступ к земельной собственности имели только полноправные граждане. Равенство политических прав было в античном полисе необходимым условием равенства прав экономических (из истории Древнего Рима известно, что экономический смысл борьбы плебеев за равные с патрициями политические права в царский период и во времена ранней республики состоял в получении права оккупации земель “общественного поля”, которым пользовались лишь патриции - полноправные граждане). Политические и экономические права, в свою очередь, предоставлялись только тем, кто составлял городское ополчение, входил в военную организацию полиса. Единство прав (привилегий) и обязанностей гражданина - воина-собственника предопределило отсутствие почвы для зарождения идеи политического представительства - античная демократия могла быть только прямой демократией. Взаимообусловленность политических и экономических прав диктовала пределы расширения круга полноправных граждан - полисная демократия на всех этапах своей истории оставалась демократией меньшинства. Так, в Афинах практика предоставления гражданских прав союзникам отсутствовала, а в Риме жители провинций, служившие в союзных войсках, начали в сколько-нибудь массовом порядке получать права гражданства только в период империи. Основным институтом античной демократии выступало Народное собрание, в котором принимали участие все полноправные граждане: в Афинах, давших истории наиболее совершенный образец полисной демократии, Народные собрания созывались регулярно, каждые 10 дней. Там решались все вопросы, относившиеся к внутренней и внешней политике города-государства: оно выбирало высших должностных лиц, определяло порядок расходования средств городской казны, объявляло войну и определяло условия заключения мира. Дела текущего управления, или, в понятиях современных принципов государственной организации, функций исполнительной власти, принадлежали должностным лицам, избираемым Народным собранием: в Афинах это был совет 500, в Риме - магистраты (консулы, народные трибуны, преторы, цензоры, квесторы, эдилы; в чрезвычайных обстоятельствах, в случае внешней опасности или реальной угрозы гражданской войны Народное собрание на ограниченный срок, не более полугода, вручало власть диктатору). Еще одним важнейшим институтом античной демократии, отличавшим ее наиболее развитые формы, являлся Народный суд. По мнению Аристотеля, изучавшего историю и сравнительные преимущества политического устройства современных ему греческих полисов, учреждение Народного суда означало решающий шаг к установлению в Афинах демократии: “Когда Народный суд усилился, то государственный строй обратился в нынешнюю демократию”. В Афинах в эпоху Перикла, во времена “золотого века” афинской демократии (5 век до н. э.) в Народный суд ежегодно избиралось 6 тысяч судей, из которых 5 тысяч образовывали 10 секций дикастериев, разбиравших дела в открытых судебных заседаниях. По своим социальным основам античная демократия была демократией средних и мелких земельных собственников. Гарантией свободы и реального равенства политических прав служило относительное экономическое равенство, оно защищало демократию от вырождения в крайние формы, в охлократию, и от установления олигархии, за которой следовала диктатура. В период становления современной демократии историки, философы, правоведы часто обращаются к институтам и нормам античной демократии..

    Охлократия

    При оценке в соответствии с ее первым, важнейшим принципом - суверенитетом народа - демократия классифицируется в зависимости от того, как понимается народ и как осуществляется им суверенитет. Такое, казалось бы, очевидное и простое понятие как “народ” трактовалось в истории политической мысли далеко не одинаково. В отличие от современного понимания как (применительно к демократии - взрослого) всего населения страны, примерно до середины ХIX века демос, народ отождествлялся либо со свободными взрослыми мужчинами (как это было в античной демократии), либо с собственниками, обладающими недвижимостью или другими немалыми ценностями, либо лишь с мужчинами.

    Ограничение народа определенными классовыми или демографическими рамками дает основание характеризовать государства, подвергающие политической дискриминации определенные группы населения и, в частности, не предоставляющие им избирательных прав, как социально ограниченные демократии и отличать их от всеобщей демократии - государств с равными политическими правами для всего взрослого населения.

    Вплоть до начала ХХ века ни одна из ранее существовавших демократий не представляла всему взрослому населению страны равных политических прав. Это были преимущественно классовые и патриархальные (только для мужчин) демократии. В истории политической мысли преобладала трактовка народа как простого люда, неимущих нижних слоев, черни, составляющих большинство населения. Такое понимание демоса встречается еще у Аристотеля, который считал демократию неправильной формой государства, трактовал ее как власть демоса, черни, не способной к управлению, взвешенным, рациональным решениям, учитывающим общее благо. В современной политической теории такой тип правления отражает понятие “охлократия”, что в переводе с греческого означает “власть черни, толпы”.

    Итак, в зависимости от понимания состава народа его власть может выступать всеобщей или же социально (классово, этнически, демографически и т. п.) ограниченной демократией, а также охлократией.

    Плебисцитарная демократия (от лат. plebs - простой народ и scitum - решение; plebiscitum - решение народа; плебисцит - всенародное голосование).

    В истории социально-политической мысли концепция плебисцитарной демократии прочно связана с именем М. Вебера, хотя с некоторыми допущениями черты плебисцитарной демократии могут быть обнаружены в политической истории древнегреческих полисов. Смысл концепции плебисцитарной демократии в его теоретических изысканиях раскрывается логикой теории бюрократии. Для Вебера была очевидна внутренняя взаимосвязь процессов возрастания роли бюрократии и распространения институтов современной демократии, принципов свободы, равенства и представительного правления. Самостоятельно положить предел бесконтрольной власти бюрократии народ, избиратели, включенные в рутину регулярных демократических выборов, не в состоянии. Необходим разрыв, придание системе нового качества, прекращение “произвола политических клик”, что, по мысли Вебера, возможно только при условии прихода харизматического лидера, которого народ путем плебисцита наделяет самыми широкими властными полномочиями вплоть до приостановки действия нормативных актов законодательной власти и роспуска парламента.

    Таким образом, в концепции Вебера плебисцитарная демократия - один из основных, а в определенных условиях единственный инструмент демократизации, средство решить авторитарными методами те проблемы, перед которыми оказывается бессильна “формальная” демократия, переходный этап к демократическому принципу легитимности посредством харизматического господства. Однако практика современного авторитаризма и тоталитаризма опровергала убежденность Вебера во временном, переходном характере этапа харизматического лидерства, закономерной эволюции авторитарных институтов в демократии, неизбежности усиления роли представительной ветви власти. В руках лидеров авторитарного и тоталитарного толка плебисцит может стать средством укрепления системы личной власти, устранение политических соперников и подавления оппозиции, методом решения стоящих перед режимом проблем в обход парламента, политических партий и иных демократических институтов.

    Процедурная демократия

    Комплекс политической технологии, обеспечивающий существование и развитие демократических институтов, избирательного процесса (нормирование, избирательные законы, правила документирования и т. д.), процедурные правила работы государственных и иных учреждений, нормы и условия их взаимодействия, регламент производственных процедур - совещаний, отчетов, запросов, взаимоотношений между учреждениями и внутри них. Процедурная демократия - это организационная форма демократии. При отсутствии или недостатках содержательных устоев демократического процесса процедурная демократия оказывается его главной дисциплинирующей основой, выполняя функции кодекса поведения граждан демократического общества.

    Демократия участия

    Концепция демократии, разработанная в 20 веке (Л. Штраус, Э. Фегелин и др.) предполагает, что для успешного функционирования политической системы необходимо, чтобы все большая и большая часть общества активно участвовала во всех сферах его политической жизни. Степень демократии участия определяет политическую культуру страны.

    Признаки демократии

    Слово «демократия» употребляется в разном значении:

    - как форма государства;

    - как политический режим;

    - как принцип организации и деятельности государственных органов и общественных организаций.

    Когда говорят о государстве, что оно - демократическое, то имеют в виду наличие всех этих значений. Демократия как форма государства возможна в странах с демократическим режимом, а следовательно, с демократическим принципом организации и деятельности всех субъектов политической системы общества (органы государства, государственные организации, общественные объединения, трудовые коллективы), которые одновременно являются и субъектами демократии. Разумеется, субъектами демократии являются прежде всего гражданин и народ.

    Демократия нигде и никогда не существовала без государства.

    Реально демократия представляет собой форму (разновидность) государства, характеризующегося, по меньшей мере, следующими признаками:

    1) признание народа высшим источником власти;

    2) выборностью основных органов государства;

    3) равноправием граждан и, прежде всего, равенством их избирательных прав;

    4) подчинением меньшинства большинству при принятии решений.

    Любые демократические государства строятся на базе этих общих признаков, но степень развития демократии может быть различной. Демократизация общества — это долговременный постоянный процесс, нуждающийся не только во внутригосударственных, но и в международных гарантиях.

    Современные демократические государства (а быть демократическим государством престижно) дополняются рядом других признаков и принципов, например:

    1) соблюдение прав человека, их приоритет над правами государства;

    2) конституционное ограничение власти большинства над меньшинством;

    3) уважение прав меньшинства на собственное мнение и его свободное выражение;

    4) верховенство закона;

    5) разделение властей и др.

    Исходя из современного наполнения демократии качественным дополнительным содержанием, можно дать определение демократии как образца, идеала, к которому стремятся цивилизованные государства.

    Демократия — политическая организация власти народа, при которой обеспечивается: равное участие всех и каждого в управлении государственными и общественными делами; выборность основных органов государства и законность в функционировании всех субъектов политической системы общества; обеспечение прав и свобод человека и меньшинства в соответствии с международными стандартами.

    Признаки демократии.

    1. Демократия имеет государственный характер:

    а) выражается в делегировании народом своих полномочий государственным органам. Народ участвует в управлении делами в обществе и государстве как непосредственно (самоуправление), так и через представительные органы. Он не может осуществлять сам принадлежащую ему власть и делегирует государственным органам часть своих полномочий;

    б) обеспечивается выборностью органов государства, т.е. демократической процедурой организации органов государства в результате конкурентных, свободных и честных выборов;

    в) проявляется в способности государственной власти оказывать воздействие на поведение и деятельность людей, подчинять их себе с целью управления общественными делами.

    2. Демократия имеет политический характер: предусматривает политическое многообразие. Демократия, как, впрочем, и рыночная экономика, невозможна без существования конкуренции, т.е. без оппозиции и плюралистической политической системы. Это находит проявление в том, что демократия выступает принципом деятельности политических партий в борьбе за обладание государственной властью. При демократии учитывается многообразие политических мнений - партийных и других, идеологических подходов к решению общественных и государственных задач. Демократия исключает государственную цензуру и идеологический диктат.

    Законодательства развитых западных государств закрепляют ряд принципов, которыми должен гарантироваться политический плюрализм:

    1) общее право голоса;

    2) равенство при выборах;

    3) тайное голосование;

    4) прямые выборы и т.п.

    3. Демократия предусматривает провозглашение, гарантирование и фактическое воплощение прав граждан - экономических, политических, гражданских, социальных, культурных, а равно - и их обязанностей в соответствии с международными стандартами, закрепленными в Хартии прав человека (Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. и Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., др.). установлен порядок применения международных норм о правах человека.

    4. Демократия предусматривает законность в качестве режима общественно- политической жизни. Режим общественно-политической жизни выражается в требованиях ко всему обществу - ко всем субъектам политической системы (они же - и субъекты демократии) и, прежде всего, к государственным органам - учреждаться и функционировать на основе строгого и неуклонного исполнения правовых норм. Каждый орган государства, каждое должностное лицо должны иметь столько полномочий, сколько необходимо, чтобы создать условия для реализации прав человека, их охраны и защиты.

    5. Демократия предполагает взаимную ответственность государства и гражданина, которая выражается в требовании воздерживаться от совершения действий, нарушающих их обоюдные права и обязанности. Арбитром в возможных конфликтах между государством и гражданином является независимый и демократический суд.

    Функции и принципы демократии

    Функции демократии - основные направления ее воздействия на общественные отношения, целью которых является повышение социально- политической активности граждан в управлении обществом и государством.

    Поскольку демократия - не статическое, а динамическое состояние общества, ее функции в различные исторические периоды изменялись, обогащались, углублялись.

    Функции демократии можно разделить на две группы:

    1. раскрывающие связь с общественными отношениями;

    2. выражающие внутренние функции деятельности государства;

    К числу наиболее общих функций демократии можно отнести следующие:

    1. Организационно-политическая — организация политической власти на демократических началах. Она включает в себя подфункцию самоорганизации народа (самоуправление) в качестве источника государственной власти и выражается в наличии организационных связей между субъектами демократии: органами государства, государственными организациями, общественными объединениями, трудовыми коллективами;

    2. Регулятивно-компромиссная - обеспечение плюрализма деятельности субъектов демократии в цивилизованных рамках сотрудничества и компромисса, концентрации и консолидации разных политических сил вокруг интересов гражданского общества и государства. Правовым средством обеспечения данной функции является урегулированность правовых статусов субъектов демократии;

    3. Общественно-стимулирующая — обеспечение оптимального служения государства обществу, стимулирование, учет и использование общественного мнения и активности граждан (консультативных референдумов, наказов, писем, заявлений и т.п.) при разработке и принятии государственных решений;

    4. Учредительная — формирование органов государственной власти и органов местного самоуправления демократическим путем (конкурс, выборы);

    5. Контрольная — обеспечение деятельности органов государства в пределах их компетенции в соответствии с предписаниями нормативно-правовых актов; подконтрольность и подотчётность всех звеньев государственного аппарата (например, контроль представительных органов над исполнительными органами, отчет последних перед первыми);

    6. Охранительная — обеспечение государственными органами безопасности, чести и достоинства каждого человека, охраны и защиты прав и свобод личности, меньшинства, форм собственности, предупреждение и пресечение правонарушений.

    Последние три функции демократии выражают внутренние функции государства.

    Принципы демократии - непререкаемые исходные требования, которые предъявляются ко всем участникам политической деятельности, т.е. к субъектам демократии.

    Признание международным сообществом основных принципов демократии объясняется стремлением укрепить международную антитоталитарную политику.

    Основными принципами демократии являются:

    1) политическая свобода - свобода выбора общественного строя и формы правления, право народа определять и изменять конституционный строй, обеспечение защиты прав человека. Свобода имеет первичное назначение - на ее основе может возникнуть равенство и неравенство, но она предполагает равноправие;

    2) равноправие граждан - означает равенство всех перед законом, равную ответственность за совершенное правонарушение, право на равную защиту перед судом. Соблюдение равноправия гарантируется: не может быть привилегий или ограничений по признакам расы, цвета кожи, политических, религиозных и иных убеждений, пола, этнического и социального происхождения, имущественного положения, места жительства, по языковым и иным признакам. Важнейший аспект равноправия — равенство прав и свобод мужчины и женщины, которые имеют одинаковые возможности для их реализации;

    3) выборность органов государства и постоянный контакт с ними населения - предполагает формирование органов власти и местного самоуправления путем народного волеизъявления, обеспечивает их сменяемость, подконтрольность и взаимоконтроль, равную возможность каждого реализовать свои избирательные права. В демократическом государстве одни и те же люди не должны длительное время беспрерывно занимать должности в органах власти: это вызывает недоверие граждан, приводит к утрате легитимности этих органов;

    4) разделение властей - означает взаимозависимость и взаимное ограничение разных ветвей власти: законодательной, исполнительной, судебной, что служит препятствием для превращения власти в средство подавления свободы и равенства;

    5) принятие решений по воле большинства при обязательном соблюдении прав меньшинства - означает сочетание воли большинства с гарантиями прав личности, находящейся в меньшинстве - этническом, религиозном, политическом; отсутствие дискриминации, подавления прав личности, не состоящей в большинстве при принятии решений;

    6) плюрализм - означает многообразие общественных явлений, расширяет круг политического выбора, предполагает не только плюрализм мнений, но и политический плюрализм - множественность партий, общественных объединений и т.п. с различными программами и уставами, действующими в рамках конституции. Демократия возможна в том случае, когда в ее основе находится принцип плюрализма, однако не всякий плюрализм является обязательно демократическим. Только в совокупности с другими принципами плюрализм приобретает универсальное значение для современной демократии.

    Формы и институты демократии

    Функции демократии реализуются через ее формы и институты.

    Форма демократии — это ее внешнее выражение.

    Форм демократии можно назвать немало, но основные из них следующие:

    1. Участие народа в управлении государственными и общественными делами (народовластие), осуществляется в двух формах - прямой и непрямой:

    Прямая - представительная демократия - форма народовластия, при которой власть осуществляется через выявление воли представителей народа в выборных органах (парламенты, органы местного самоуправления).

    Непрямая - непосредственная демократия - форма народовластия, при которой власть осуществляется через непосредственное выявление воли народа или определенных социальных групп (референдум, выборы).

    2. Формирование и функционирование системы органов государства на основе демократических принципов законности, гласности, выборности, сменяемости, разделении компетенции, которые упреждают злоупотребление служебным положением и общественным авторитетом;

    3. Юридическое (прежде всего конституционное) закрепление системы прав, свобод и обязанностей человека и гражданина, их охрана и защита в соответствии с международными стандартами.

    Виды демократии классифицируют по сферам общественной жизни: экономическая; социальная; политическая; культурно-духовная и др.

    Формы демократии находят проявление в ее институтах (референдум, общественное мнение, комиссии и др.).

    Институты демократии - это легитимные и легальные элементы политической системы общества, непосредственно создающие демократический режим в государстве через воплощение в них принципов демократии.

    Предпосылкой легитимности института демократии является его организационное оформление к признание общественностью; предпосылкой легальности - его юридическое оформление, узаконение.

    По исходному назначению в решении задач политики, власти и управления различают институты демократии:

    1) Структурные - сессии парламентов, депутатские комиссии, народные контролеры и т.п.

    2) Функциональные - депутатские запросы, наказы избирателей, общественное мнение и т.п.

    По юридической значимости принимаемых решений различают институты демократии:

    1) Императивные - имеют окончательное общеобязательное значение для государственных органов, должностных лиц, граждан: референдум конституционный и законодательный; выборы; наказы избирателей и др.

    2) Консультативные - имеют совещательное, консультативное значение для государственных органов, должностных лиц, граждан: референдум консультативный; всенародное обсуждение законопроектов; митинги; анкетирование и др.

    В системе институтов непосредственной демократии важнейшее место принадлежит выборам.

    Выборы — это форма непосредственного участия граждан в управлении государством путем формирования высших представительных органов, органов местного самоуправления, их персонального состава.

    Граждане демократического государства имеют право свободно избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления. Гражданин может выражать свою волю свободно при соблюдении равенства. Свобода избирателя реализуется при помощи тайного голосования и требует установления гарантий против давления на него.

    Избирательная система может быть мажоритарной, пропорциональной и смешанной (мажоритарно-пропорциональной).

    Мажоритарная система — система определения результатов выборов, согласно которой депутатские мандаты от избирательного округа получают только кандидаты, получившие установленное большинство голосов.

    Пропорциональная система – предполагает что депутатские мандаты распределяются между партиями пропорционально количеству голосов, отданных за партию в границах избирательного округа.

    Особым институтом демократии является референдум как один из способов демократического управления государственными делами.

    Референдум (лат, - то, что должно быть сообщено) - способ решения путём голосования кардинальных проблем общенационального и местного значения (принятия конституции, иных важных законов или внесения в них изменений, а также других решений по важнейшим вопросам). Референдум является одним из важных институтов непосредственной демократии, проводится с целью обеспечения народовластия - непосредственного участия граждан в управлении государством и местными делами.

    Референдумы по предмету проведения делятся на:

    - Конституционный - на всенародное голосование выносится проект конституции или конституционные поправки;

    - Законодательный - на всенародное голосование выносится проект закона или действующий закон;

    - Консультативный - проводится с целью выявления общественного мнения по принципиальному вопросу государственной жизни.

    Голосование во время выборов и референдумов является тайным: контроль над волеизъявлением граждан не допускается.

    В Швейцарии, кроме референдума, институтами непосредственной демократии являются народное вече, народная законодательная инициатива. В США референдум применяется наравне с законодательной инициативой. Во Франции через три года после проведения первого референдума в 1789 г. стали практиковаться плебисциты - всенародные опросы, которые рассматриваются как синонимы референдумов.

    Демократия и самоуправление

    Самоуправление народа — вид социального управления, который основан на самоорганизации, саморегулировании и самодеятельности участников общественных отношений.

    Самоорганизация - самостоятельное осуществление организационных действий.

    Саморегулирование - самостоятельное установление норм, правил поведения.

    Самодеятельность - самостоятельная деятельность по принятию решений и их реализации. При самоуправлении объект и субъект управления совпадают, то есть люди сами управляют своими делами, принимают совместные решения и совместно действуют с целью реализации принятых решений. В условиях самоуправления его участники признают над собой власть только собственного объединения.

    Итак, признаки самоуправления:

    1) это разновидность социального управления;

    2) власть принадлежит всему коллективу;

    3) власть осуществляется коллективом непосредственно или через выборные органы;

    4) субъект и объект управления едины, совпадают;

    5) саморегулирование происходит посредством сообща принятых социальных норм;

    6) общие дела ведутся совместно, вместе принимаются решения;

    7) интересы сообщества отстаиваются и защищаются на основе самодеятельности.

    Самоуправление как одна из форм организации человеческого общежития основывается на принципах свободы, равенства и непосредственного участия

    (прямого волеизъявления) в управлении.

    Термин «самоуправление» обычно используется применительно к нескольким уровням объединения людей:

    1. ко всему обществу: общественное самоуправление;

    2. к отдельным территориям: региональное и местное самоуправление;

    3. к управлению производством: производственное самоуправление

    (например, самоуправление учреждений образования);

    4. к управлению общественных объединений и др. Каково соотношение демократии и самоуправления? Можно ли их отождествлять?

    Нельзя ставить знак равенства между демократией и самоуправлением, поскольку самоуправление - более объемное понятие и более долговременное явление, чем демократия: оно предшествует ей и переживает ее.

    Самоуправление сложилось в период родового строя. В условиях первобытного рода публичная власть осуществлялась самим населением через общее собрание членов рода. Здесь фактически совпадало управление и самоуправление, поскольку все члены рода принимали участие в управлении его делами.

    С возникновением государства на смену самоуправлению пришло управление: государственный аппарат сосредоточил в своих руках власть, используя ее в целях управления делами общества. Самоуправление не исчезло. Оно приобрело локальный характер. Оно «ушло» в определенные структуры и сферы жизни (далекие от центра) - крестьянские общины, рабочие артели. В средние века оно проявилось в самоуправлении городов (магдебургское право), в казацких объединениях (например, в Украине), в новое время - в земском самоуправлении, автономии университетов (например, в дореволюционной России).

    Но противопоставлять демократию и самоуправление нельзя, поскольку демократия предполагает самоуправление, тогда как самоуправление может существовать и без демократии как формы политической власти народа.

    На ранних стадиях общественного развития системы самоуправления нередко входили в конфликт с недемократической формой государства (например, Запорожская Сечь в Украине с монархической формой правления в России). По мере развития демократии - со времени возникновения буржуазных государств, провозгласивших источником власти народ, - самоуправление находит в демократии гаранта своей эффективности.

    Рассматривая самоуправление и демократию можно выделить общие черты:

    . строятся на одинаковых принципах свободы, равенства, гласности;

    . являются формами осуществления власти;

    . реализуются непосредственно и через выборные органы;

    . могут осуществляться с использованием общей нормативной базы.

    Государственное управление и самоуправление - не альтернативны. В рамках демократии они действуют параллельно на основе взаимодействия и взаимного дополнения. Демократия является условием развития самоуправления.

    Самоуправление является ядром демократии. Элементы самоуправления используются при осуществлении политической власти. В моменты участия в решении государственных дел системы самоуправления приобретают политический характер, который определяется конкретной мерой этого участия.

    Самоуправление в сфере производства находит проявление в экономике многих стран, где существует самоуправленческий сектор, куда входят предприятия, выкупленные и управляемые трудовыми коллективами. Здесь производственная демократия выражается в соучастии работников в управлении предприятиями совместно с администрацией. На началах самоуправления действуют кооперативы, индивидуальные и семейные предприятия.

    Особой разновидностью самоуправления является местное самоуправление

    Демократия как общечеловеческая ценность

    Несмотря на то что во все времена демократия понималась и трактовалась по-разному, несомненно одно: она как политическая и правовая ценность стала неотъемлемым элементом сознания людей всего мира. Но практически нет такой окончательной стадии демократии, которая удовлетворяла бы всех. Испытывая ограничения, человек вступает в конфликт с государством, когда не обнаруживает в законах ту справедливость, "которая положена им в основу своего существования, когда не принимается во внимание неравенство природных способностей и заслуг, когда отсутствует признание в зависимости от политической зрелости, умения, опыта и т.п. Воля к справедливости (а ее значимость велика для демократии) никогда не бывает полностью удовлетворена, а демократия (не формальная) ни в одном государстве не может быть достигнута полностью и окончательно. К демократии нужно постоянно приобщаться, пробуждать свою волю, выражать взгляды, проявлять политическую активность, т.е. становиться более зрелым для демократической деятельности.

    Демократия - благо лишь тогда, когда она соответствует культуре и менталитету народа.

    Рассмотрим основные ценности демократии как общественно-политического явления.

    1) Собственная ценность раскрывается через ее социальное назначение - служить пользе личности, обществу, государству:

    1. установить соответствие между формально провозглашенными и реально действующими принципами свободы, равенства, справедливости, реально воплотить их в личную общественную и государственную жизнь;

    2. сочетать государственные и общественные начала в системе демократии как формы государства;

    3. создать атмосферу гармонии интересов личности и государства, консенсуса и компромисса между всеми субъектами демократии.

    При демократии общество осознает преимущества социального партнерства и солидарности, гражданского мира и согласия.

    2) Инструментальная ценность - через ее функциональное назначение - служить инструментом в руках человека для решения общественных и государственных дел:

    1. принимать участие в формировании органов государства и органов местного самоуправления;

    2. самоорганизовываться в партии, профсоюзы, движения и т.п.;

    3. защищать общество и государство от противоправных действий, откуда бы они ни исходили;

    4. осуществлять контроль над деятельностью избираемых органов власти и иных субъектов политической системы общества.

    Инструментальная ценность демократии реализуется через ее функции и функциональные институты.

    3) Личностная ценность - раскрывается через признание прав личности:

    1. их формального закрепления;

    2. реального обеспечения с помощью создания общесоциальных (материальных, политических, духовно-культурных) и специально- социальных (юридических) гарантий;

    3. действия эффективного механизма их защиты;

    4. установления ответственности за неисполнение обязанностей, поскольку демократия - не средство для достижения честолюбивых личных целей за счет умаления прав, свобод и законных интересов другого лица либо любого субъекта демократии

    Тем народам, которые готовы к признанию автономии личности и ее ответственности, демократия создает наилучшие возможности для реализации гуманистических ценностей: свободы, равноправия, справедливости, социального творчества.

    Демократия: надежды и разочарования

    Со времен известного французского историка, социолога и политического деятеля Алексиса де Токвиля в политической литературе неоднократно высказывалась мысль, что развитие государственных форм неизбежно и закономерно приведет человеческое общество к демократии. Позднее ряд влиятельных политологов, подобно Токвилю, содействовали утверждению этой мысли в общественном сознании. Мнения многих из них представлялись тем более значительными, что они отнюдь не вытекали из факта пламенного преклонения перед демократической идеей. Демократия представлялась им естественным и неизбежным состоянием, которое немедленно наступит вне зависимости от содействия или противодействия отдельных индивидуумов или групп людей. Английская мысль осторожно пыталась поколебать эту точку зрения, как одно из тех “дилетантских” обобщений, проистекающих из Франции. Тем не менее это “французское” мнение приникло и в Англию, нашедши себе там ряд твердых последователей.

    С тех пор, как в большинстве стран демократия (хотя бы даже “относительная” демократия) стала практической действительностью, в тоже время она сделалась предметом ожесточенной критики. И если прежде самым характерным обобщением политической науки была мысль о грядущем торжестве демократии, сейчас таким обобщением многие считают утверждение о, как это не парадоксально, неясности ее будущего, о возможных путях ее развития и совершенствования. Пока демократию ждали, о ней говорили, что она непременно наступит, когда же она наступила, о ней говорят, что она может и исчезнуть. Прежде ее нередко считали высшей и конечной формой, обеспечивающей уверенное и благополучное существование. Теперь же ясно ощущают, что, отнюдь не создавая прочную основу уравновешенной жизни, она более, чем какая-либо другая форма возбуждает дух исканий. В странах, испытавших эту форму на практике, она уже давно перестала быть предметом страха, но она же перестала быть предметом поклонения. Ее противники понимают, что при ней все же можно существовать, ее сторонники - соглашаются, что ей свойственны слишком многие недостатки, дабы ее безмерно превозносить.

    Демократия стала сегодня едва ли не самым употребляемым словом политическо­го лексикона в России.

    Тем, кто отталкивается от внутренней формы слова, его этимологии, сущность демократии может представиться самоочевидной — народо­властие или правление народа. Эта самоочевидность может быть поколеблена, если задуматься над некоторыми вопросами. Какая власть имеется в виду? Что понима­ется под народом? Кто и кем управляет при народовластии? В состоянии ли весь народ выступать в роли правителя? Вопросы непростые. Ясно, что понятия народа, власти и правления требуют уточнения, прежде чем мы сможем осмысленно говорить о демократии.

    Так что же, разве демократия — не народовластие? Действительно, народовла­стие. Однако народ и власть были столь же многозначны для древних эллинов, сколь и для нас. По-гречески "демос" — народ, толпа, чернь, люди (в эпоху же расцвета полиса — собрание полноправных граждан, а в Аттике — основное подразделение граждан, или дем), а "кратос" — сила, власть, могущество, правление и даже победа. Неудивительно, что уже древние греки и их выдающиеся политики, риторы и фило­софы расходились в трактовке смысла слова "демократия" не меньше, пожалуй, чем наши современники. Это слово могло обозначать и торжество бунтующей черни, и господство низших слоев населения, и участие всех граждан в делах полиса, т.е. в политике, и решающую роль народного собрания, и систему правления лицами, уполномоченными на это с помощью формальных процедур представления демов.

    Как ни странно, термин “демократия” принадлежит к числу наиболее спорных и неопределенных понятий современной политической теории.

    Как утверждал известный австрийский государствовед Ханс Кельзен, критикуя большевизм, в 19-20 столетиях слово “демократия” повсюду стало господствующим лозунгом и неудивительно, если оно, как всякий такой лозунг, утратило определенное и твердое содержание. Следуя требованиям моды, его стали считать нужным употреблять по всем возможным поводам и для всех возможных целей, так что оно стало покрывать собою самые различные и часто совершенно противоречащие друг другу понятия.

    Идеальная и реальная демократия

    Первые провозвестники демократической идеи основывали свою проповедь на чисто религиозном воодушевлении. Для многих из них демократия была своего рода религией. Следы такого политического идолопоклонства часто встречаются и в наши дни: из-за неспособности или нежелания принятия ответственных политических решений все надежды возлагаются на демократию, как на “всемогущую и всеисцеляющую” силу, ей посвящают все свои силы и энтузиазм. А чего стоят заявления о демократии, как наивысшей и конечной форме, в которой политическое развитие достигает своего экстремума?!

    Современная политическая теория подвергает подобные взгляды, как мнения наивные и поверхностные, сомнению и противопоставляет им ряд наблюдений и выводов, снимающих с демократии ореол чудесного, сверхъестественного и вводящих ее в число естественных политических явлений, представляющих ее как элемент, “равноправный” всем остальным политическим формам. Особенно подчеркивается чрезвычайная трудность осуществления демократической идеи и величайшая легкость ее искажения. Многие великие мыслители находили, что демократия может быть осуществлена лишь при особых, специфических условиях. Более того, большинство определенно полагали, что, если понимать демократию во всей строгости этого явления, то истинной демократии никогда не было и не будет.

    Подобные суждения столь авторитетных ученых как Руссо, Брайс, Прево-Парадоль, Шерер, Гирншоу и др. вполне подтверждают и ярко подчеркивают те выводы о демократии, к которым приводит и исторический опыт и политическая наука. Наивные предположения о том, что стоит только “свергнуть” старый порядок и провозгласить “всеобщую свободу”, всеобщее избирательное право, народное самоуправление и демократия осуществится сама собой не выдерживают критики. На самом деле, мысль о том, что с разрушением старых устоев тотчас же наступает истинная свобода, принадлежит не демократической, а анархической теории. По своему существу демократия есть самоуправление народа, но для того, чтобы это самоуправление не было пустой фикцией надо, чтобы народ выработал свои формы организации. “Народ должен созреть для управления самим собой, понимающий свои права и уважающий чужие, осознающий свои обязанности и способный к самоограничению. Такая высота политического сознания никогда не дается сразу, она приобретается долгим и суровым опытом жизни. И чем сложнее и выше задачи, которые ставятся перед государством, тем более требуется для этого политическая зрелость народа, содействие лучших сторон человеческой природы и напряжение всех нравственных сил”.

    Кельзен, как и многие другие видные ученые, соглашаясь с наблюдением, что при демократии, как и при всех других политических системах, определяющее значение имеют не массы, а вожди, в то же время отстаивают превосходство демократии с той точки зрения, что именно здесь совершается наиболее качественный отбор вождей. Возможно, во многих случаях это действительно так, т.е. демократизм практически допускает сочетание с аристократизмом, но это все по определению находится в противоречии с чистотой демократической идеи. Признание же необходимости аристократического ядра для жизнеспособных демократий тождественно согласию с утверждением Руссо, что “истинная демократия более пригодна для богов, нежели для людей”.

    Следует признать, что сделанный вывод легко оспаривается замечанием о принципиальной невозможности осуществления в чистом виде ни одной из известных политических систем. Разбирая слабые стороны демократии, можно отметить, что эти же или какие-то другие недостатки в той или иной степени свойственны и другим формам. Человеческая природа, недостатки ума и характера, слабость воли остаются одинаковыми во всех системах. Однако именно это умозаключение вводит демократию в ряд других форм, освобождая ее от ореола совершенства и законченности, который стремились придать ей ее первые провозвестники.

    Демократия имеет превосходства и недостатки, сильные и слабые стороны.

    В противоположность безоглядному политическому оптимизму, особенно ярко проявившемуся, к примеру, в СССР во второй половине 80-х годов, когда казалось, что демократия есть нечто высшее и окончательное, что стоит только ее достигнуть и все остальное приложится, следует признать, что демократия не путь, а “распутье”, не достигнутая цель, а только лишь “промежуточный пункт”. Это - “опушка леса с неизвестно куда расходящимися тропинками”. “Мы надеемся, что прямой путь еще не утерян; но в то же время видим, что уводящие в сторону перекрестные пути таят в себе великие соблазны”.

    Своими широчайшими возможностями и перспективами демократия как будто бы вызвала ожидания, которые она не в силах удовлетворить. А своим духом терпимости и приятия всех мнений она открыла простор в том числе и для направлений, стремящихся ее уничтожить. Другой она быть не может, ибо это - ее природа, ее преимущество. Но этим она могла удовлетворить лишь некоторых, но никак не всех. У людей всегда остается потребность продолжать совершенствование до бесконечности призрачного абсолютного идеала и никакой политической системой их не удовлетворить. Поэтому вопрос о том, может ли демократия смениться другими формами имеет ясный ответ: это случалось ранее, происходит сейчас и, в принципе, может произойти в будущем.

    Демократия всегда есть “распутье”, так как она есть система свободы, система релятивизма, для которого нет ничего абсолютного. Демократия есть пустое пространство (“опушка”), в котором могут развиваться самые разнообразные политические стремления (“тропинки”). Проявляемое недовольство демократией в принципе можно трактовать, как усталость людей от неопределенности, желание выбрать конкретный манящий путь, “тропинку” развития. Однако трудно дать однозначный ответ на вопрос “а не вернемся ли мы в конце концов снова на опушку?”. На данный момент мы более всего склонны соглашаться с известным высказыванием Черчилля: “демократия - плохая форма правления, однако ничего лучшего человечество пока не придумало”.

    Современная демократия

    Постепенное укоренение современной демократии и повышение ее влияния на различные стороны жизни привели к тому, что в наше время понятие демократии расширилось и стало включать не только характеристики формы политического правления (от его всенародности до параметров участия граждан в самоуправлении), но также идеологические и, шире, мировоззренческие подходы к отношениям между людьми, а также моральные и даже философские посылки человеческого существо­вания в условиях современности. Это побудило политическую науку отличать де­мократию в широком или идеальном смысле от ее собственно политической, преиму­щественно институциональной основы. Наиболее последовательно, пожалуй, подо­бное различение проводит Р.Даль, пользующийся в первом смысле словом демокра­тия и предложивший использовать для обозначения институциональных решений слово полиархия (polyarchy). Оно дословно переводится как "многовластие, правле­ние многих" и для древних эллинов скорее имело негативный оттенок, связанный с разбродом и рассогласованностью правления. В контексте же современности этим словом, напротив, подчеркивается политический плюрализм и способность институ­тов современной демократии обеспечивать взаимодействие и согласование интересов без утраты их самостоятельности и принципиального равенства.

    Оказывается, что принципиальная проблема демократии, как и любой другой политико-идеологической системы, заключается в том, каким образом она сочета­ется с природой человека, исходит ли она из реальной, подчас болезненной противо­речивости современной личности, ограниченности ее ресурсов, из наших предрас­судков и мучительных комплексов, или же ориентируется на некий во многим утопический идеал человека. До сих пор нередко утверждают, что демократия вооб­ще, включая и современную, не только нормативна, но и основана на бескомпромис­сных требованиях благости и совершенства людей.

    "В основе демократии лежит оптимистическая предпосылка о естественной доброте и благостности человеческой природы. Духовным отцом демократии был Ж.-Ж.Руссо, и оптимистические представления его о человеческой приро­де передались демократическим идеологам. Демократия не хочет знать ради­кального зла человеческой природы. Она как будто не предусматривает того, что воля народа может направиться ко злу, что большинство может стоять за неправду и ложь, а истина и правда могут остаться достоянием небольшого меньшинства. В демократии нет никаких гарантий того, что воля народа будет направлена к добру, что воля народа пожелает свободы и не пожелает истребить всю свободу без остатка".

    Н. А.Бердяев, "Новое средневековье"

    "Много зла наделали человечеству философы школы Ж.-Ж.Руссо. Филосо­фия эта завладела умами, а между тем вся она построена на одном ложном представлении о совершенстве человеческой природы, и о полнейшей способ­ности всех и каждого уразуметь и осуществить те начала общественного уст­ройства, которые эта философия проповедовала. На том же ложном основании стоит и господствующее ныне учение о совершенствах демократии и демокра­тического правления. Эти совершенства предполагают — совершенную способ­ность массы уразуметь тонкие черты политического учения, явственно и раз­дельно присущие сознанию его проповедников. Эта ясность доступна лишь немногим умам, составляющим аристократию интеллигенции; а масса, как всегда и повсюду, состояла и состоит из толпы "vulgus", и ее представления по необходимости будут "вульгарные".

    К.П.Победоносцев, "Великая ложь нашего времени"

    В подобных утверждениях есть только доля истины. Демократическое мировоззрение действительно исключает представления о безусловной греховности и зле человеческой природы, ибо в этом случае неизбежно оправдание авторитарного принуждения и дисциплинирования ущербных, злобных и неразумных людей. Это принуждение, как логично заключал тот же К.П.Победоносцев, не может подлежать человеческому обсуждению, а тем более осуждению, ибо — "несть власть, аще не от Бога". Вполне понятно, что поиск источника власти в Народе или же в Демосе как корпусе граждан требует иного, в целом позитивного отношения к их возможностям. Однако лишь крайние и догматические версии первоначальной демократии могли предполагать безусловную благость всенародного правления ("народ всегда прав") или разумность самоуправления добродетельных граждан ("делай каждому то, чего хотел бы себе"). Современная демократия зиждется на представлениях о неопреде­ленной и развивающейся, а тем самым разнообразной природе человека. В силу этого каждый может, во-первых, найти и использовать то, что окажется ему полезно (попечительная, а затем легалистская демократия по Д.Хелду), а во-вторых, ис­пользовать потенциал демократии для обретения новых способностей, развития своей личности и в этой мере — совершенствования человеческой природы вообще (развивающая, а затем и плюралистическая демократия).

    Свойственные современной демократии представления о многообразии и измен­чивости человеческой природы, о необходимости постоянного критического обсуж­дения и пересмотра не только политических курсов, но и критериев их определения задают очень высокий уровень требований и к Демосу в целом, и к каждому из составляющих его граждан. В несовременных или только частично модернизированных системах человеку была гарантирована возможность положиться на стабильные, привычные и зачастую незамысловатые роли и схемы политического поведения. Демократизация породила явление, которое Эрих Фромм метко назвал "бегством от свободы". Суть его заключается в том, что, ломая традиционные, в т. ч. корпоративные структуры, резко увеличивая темпы горизонтальных и вертикальных перемещений, "атомизируя" общество, демократизация лишает людей привычной системы ориентации, психологических и организационных "опор" и "рамок" поведения индивида. Снятие всевозможных сословных и иных ограничений, твердо направлявших жизнь человека в прежних условиях, сделало человека свободным — в современном смысле. Одновременно на него легла тяжесть ответственности за решения, касающиеся его собственной судьбы, а также всей политии. Совместное действие этих факторов привело к тому, что одинокий, растерянный и дезориентированный человек оказался не в состоянии выносить "бремя свободы". Ему кажется, что обре­сти прежнюю уверенность в себе и чувство стабильности можно, лишь жертвуя свободой в обмен на ощущение определенности, возникающее в жесткой тоталитар­ной системе, перекладывая всю полноту ответственности за принятие решений на вождя или режим. Разрушение традиционных мифов, замена их рационалистиче­ским миропониманием, ориентация на личную пользу остро ставят вопрос о смысле человеческого существования. В этих условиях значительная часть массы, предрас­положенная к авторитарному подчинению или просто слишком слабая для того, чтобы взять на себя ответственность за свою судьбу, ищет выхода в "суровом ком­форте тоталитарной диктатуры", стремится ассоциировать себя с авторитарно-тота­литарными идеологиями и движениями. Они сообщают растерянному индивиду ил­люзорное чувство собственной значимости, а обожание вождя, "растворение" бегле­ца от свободы в мифической слиянности Вождя и Народа оборачивается некоей символической приобщенностью к власти.

    Демократия, таким образом, это не статичное состояние, а процесс, постоянно развивающий и расширяющий принципы демократического устройства, широту охвата проблем и пространств. И все же какова роль и перспективы демократической государственности сегодня, на пороге нового тысячелетия? Что это, беспрецедентный по своим масштабам эксперимент или же норма? Эти вопросы продолжают вызывать острую дискуссию. Как представляется, на сегодняшний день преобладают два основ­ных подхода к этой проблеме.

    С точки зрения первой группы специалистов, хотя мы вроде бы и наблюдаем сегодня триумфальный марш демократии по всему миру, она все же является в первую очередь продуктом западного типа развития и культуры. А это ставит под вопрос ее стабильность на достаточно длительную перспективу в других частях света.

    Другая точка зрения рассматривает демократию как цель истории и называет пере­ход к демократическому типу правления подлинной мировой революцией. Используя историческую и антропологическую аргументацию, сторонники этого подхода доказы­вают, что демократия - единственная форма человеческого общежития, свойственная именно человеку. Поэтому эволюционное развитие человеческого рода в конце кон­цов приводит к торжеству демократии как еще одной ступени "прорыва" в цивили­зацию.

    В любом случае принцип демократической легитимации сегодня стал практически общепризнанным, фактически сняв все Другие типы легитимности с повестки дня. Но это отнюдь не означает одновременного исчезновения других форм господства. В частности, как представляется, заслуживает внимания усиление влияния другого принципа в последние десятилетия, а именно: принципа легитимности исламской тео­кратии. Ислам - единственная из религий, которая сумела обосновать теократическое господство. Безусловно, на сегодняшний день ислам еще не приобрел универсального значения, однако его пассионарность, наступательность в сочетании с демографи­ческими и социальными факторами, открывает весьма впечатляющий потенциал.

    Однако похоже, что в современных условиях сам принцип демократической леги­тимации приобретает почти магическую силу. Почему же ему все-таки удается удер­живать свои позиции, несмотря на социокультурные, традиционалистские, религиозные и инновационные "вызовы"? Дело в том, что демократический принцип легитимации в функциональном плане легко реагирует на быстрые общественные изменения, при­сущие современному типу цивилизационного развития. Ни один другой принцип легити­мации не создает таких возможностей.

    Источники

    Краткий философский словарь – «Демократия» – стр.130-132 – В.Викторова.

    .

    Скакун О. Ф. – Теория государства и права: Учебник. Харьков: Консум; Ун-т внутренних дел, 2000. – 704 с.

    Алексис де Токвиль. Демократия в Америке. М., «Прогресс - Литера», 1994.

    Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., «Наука», 1991.

    Новгородцев П.И. Сочинения. М., «Раритет», 1995.

    Брайс Д. Современные демократии. М., «Прогресс», 1992.

    Кельзен Х. О сущности и значении демократии. М., «Проспект», 1996.

    Под редакцией Г. Ю. Семигина “Политическая Энциклопедия” I том Москва 1999г. изд. “Мысль”.

    В. П. Пугачев, А. И. Соловьев “Введение в политологию Москва 1996г. изд. “Аспект пресс”.

    К. С. Гаджиев “Введение в политическую теорию” Москва 2000г. изд. “Логос”.

    Р. Даль “О демократии” Москва 2000г. изд. “Аспект пресс”.

    А. И. Соловьев “Политология” Москва 2000г. изд. “Аспект пресс”.

    В. А. Мельник “Политология” Минск 1996г. изд. “Высшая школа”.

    Алексис де Токвиль. Демократия в Америке. М., “Прогресс - Литера”, 1994.

    Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., “Наука”, 1991.

    Новгородцев П.И. Сочинения. М., “Раритет”, 1995.

    Брайс Д. Современные демократии. М., “Прогресс”, 1992.

    Кельзен Х. О сущности и значении демократии. М., “Проспект”, 1996.

    Ильин М., Мельвиль Л., Федоров Ю. Демократия и демократизация \\ Полис. 1996.№5.

    Алексеева Т. Демократия как идея и процесс \\ Вопросы философии. 1996..№6.

    Цыганков А. Политический режим \\ Спж.1996.№1.


    Просмотров 188736
    Терм 01

    Опубликовано на ForexAW.com 16.10.2009 - 08:29

    Последнее редактирование 21.12.2013 - 12:52


    Перепечатка материалов без прямой ссылки на ForexAW.com запрещена
    © ForexAW.com
    Карта сайта
    Реклама